Воскресший гарнизон

– Естественно.

– Значит, давно опекаете ее? – зачастил с вопросами Орест, словно следователь, наконец-то сумевший разговорить упорно молчавшего уголовника.

– С того самого времени, – с вальяжным спокойствием ответил Штубер. – С момента спасения от сигуранцы.

– Так вы, очевидно, встречались с ней? – нахохлился Орест, не в состоянии скрыть своей ревности.

– Выходит, я не зря похвалил вас за умение логически мыслить.

– Когда и где? – теперь уже по-настоящему набычился Отшельник, приподнимаясь из-за стола.

– А вот с памятью у вас неважно, – наслаждался вкусом французского коньяка гауптштурмфюрер. – Я ведь говорил вам, что на какое-то время был командирован в Одессу. Как специалист по борьбе с партизанами. Еще в то время, когда мой отряд базировался в лесах Подолии.

– Партизаны… в Одессе?! – недоверчиво хмыкнул Орест. Сейчас он вел себя, как неисправимый ревнивец, пытавшийся то ли обличить своего соперника во лжи, то ли, наоборот, окончательно убедиться в неверности своей избранницы.

– Если точнее, в одесских катакомбах. Поскольку я имел дело с гарнизонами русских дотов, в штабе сочли, что лучшего специалиста по катакомбным партизанам им не сыскать. Командировка на побережье Черного моря оказалась недолгой, но эффектной.

– Однако Софью Жерницкую вы обнаружили не в катакомбах?

– К счастью, нет. Хотя, согласен, встреча с такой женщиной в катакомбах тоже показалась бы достаточно романтичной.

* * *

Их разговор был прерван телефонным звонком. Отшельник заметил, что после первых же услышанных им слов лицо Штубера просияло. А свое неизменное «Хайль Гитлер!», он прокричал, хотя и не поднимаясь, но зато высоко поднимая перед собой рюмку с коньяком.

Положив трубку, он еще с минуту задумчиво смотрел на нее, загадочно как-то улыбаясь.

– Нет, Отшельник, из Берлина мне сообщили не о том, что отыскалась госпожа Жерницкая.

– При известии о Жерницкой вы радовались бы более искренне.

– Вы правы – весть оказалась более прозаичной: мне присвоили чин штурмбанфюрера, то есть майора СС. Правда, весть это пока что неофициальная, так что, пока не увижу приказа, или пока мне официально не объявят его, буду оставаться гауптштурмфюрером, тем более что я уже привык к этому благородному чину, но все же согласитесь, что этот день завершается для нас обоих неплохо.

– Для обоих? – спросил Орест.