Воскресший гарнизон

Происходил Арсен Ведович из древнего сербского аристократического рода, все мужчины которого по мужской и материнской линиям отдавали себя службе в австрийской армии и, несмотря на свое славянское происхождение, всегда оставались верными австрийской монархии. Причем верными настолько, что даже теперь, когда Австрия потеряла не только свою монархию, но и саму государственность, Арсен Ведович все еще оставался австрийским национал-монархистом, и даже не скрывал этого.

Окажись он австрийцем или германцем любой иной этнической группы, например, баварцем или швабом, гестапо, возможно, давно расправилось бы с ним как с сепаратистом и врагом рейха.

В армии Тито бывший лейтенант австрийской армии Арсен Ведович тоже оказался лишь потому, что не мог простить Гитлеру «аншлюсного» лишения Австрии ее государственности. Однако, поняв, что на самом деле это армия не сербская, а… коммунистическая, стремящаяся установить в Югославии такой же режим, какой существует в сталинской России, Арсен, вместе с полуротой своих солдат, перешел на сторону германской армии, чтобы затем возглавить специальный полицейский батальон, который воевал против отрядов хорватских, сербских, словенских и прочих сепаратистов.

Это о его, офицера австрийской армии, переходе на сторону вермахта с восторгом писала в свое время газета командования Сухопутных сил рейха «Миллитервиссеншафтлихе рундшау», как о примере для многих других бывших военнослужащих австрийской армии, «лишь по чистому недоразумению оказавшихся в рядах коммунистических банд Тито».

– Что вы там кричали мне вслед, лейтенант Гамбора? – даже самый обычный вопрос в устах Свирепого Серба звучал угрожающе.

Это был голос следователя-палача, который самим присутствием своим наводил ужас на своих «подопечных» и каждое слово которого в любой ситуации и при любом исходе оставалось… словом палача.

– Я утверждал, что вести себя, как этот ваш взводный «020», зомби не должны.

– Считаете, что я неверно употребил средство воспитания? – по-волчьи оскалил крепкие желтые зубы Ведович. – Вместо пинков и мордобоя следовало бы пустить в ход пистолет?

– Зомби не должны и не способны ощущать страх и растерянность, им не ведомы чувства жалости и ностальгии; они не могут предаваться унынию и поддаваться панике.