Воскресший гарнизон

– То есть мы должны будем строго придерживаться вашей антипартизанской тактики?

– Численность гарнизона и его обеспечение тоже могут сыграть свою роль, если нацеливать его защитников не на активные действия в тылу врага, а исключительно на защиту своих подземелий и на выживание. Разбить гарнизон на небольшие тактические группы, определить сектора обороны, пути отступления и тайные выходы на поверхность. Тайные выходы – это особенно важно. Одесские партизаны называли их «лисьими лазами» и очень дорожили каждым из них, поскольку ничто так не действует на психику катакомбника, как осознание того, что выходы на поверхность заблокированы.

Срабатывает эффект западни.

– Но ведь гарнизон «Регенвурмлагеря» уже давно обитает над землей, – возразил Гиммлер. – Значит, вопрос привычки.

– Бойцы гарнизона знали, что все выходы на поверхность действуют, к тому же по воскресеньям всех их выводили на поверхность. Притом что гарнизоны дотов и так могли спокойно дышать, наслаждаясь «духом природы».

– О тех же проблемах мы только что беседовали с командованием подводного флота.

– Который, кроме всего прочего, занят обустройством нашей «Базы-211» в Антарктиде, – решил блеснуть эрудицией барон. И был слегка шокирован, когда Гиммлер резко осадил его.

– Разве я пригласил вас для того, чтобы обсуждать проблемы «Базы-211», само упоминание о которой вне этих стен запрещено под угрозой суда? – Штубера такая реакция задела. В нем взыграл аристократический гонор, и понадобилось какое-то время, чтобы барону удалось погасить его вспышку.

Но пока он усмирял свою гордыню, рейхсфюрер неожиданно, совершенно иным, трезвым, рассудительным голосом произнес: – Вместе с тем антарктический вариант мы тоже не должны исключать. Как, прочем, и передислокацию основных подразделений в район «Альпийской крепости». Как вы относитесь к такому варианту? К «Альпийской крепости»?

– Мне трудно судить об этой, пока что условной, как я понимаю, «крепости», – сухо ответил Штубер, пытаясь хотя бы таким вот методом отомстить Гиммлеру, – поскольку понятия не имею, что это за крепость, где она расположена, каково ее предназначение, а главное, каковы ее реальные возможности.

Гиммлер в упор расстрелял его свинцовыми стекляшками своих очков и вернулся к своему месту за столом.

– Если честно, барон, мне тоже хотелось бы получить ответы на все высказанные вами сомнения.