Ветер богов

Находившиеся вместе с ним в подземном кинозале «Бергхофа» Кейтель, Йодль и Кальтенбруннер продолжали стоять, считая невозможным для себя сидеть в той ситуации, когда фюрер внемлет происходящему на экране стоя.

Пилоты по одному подходили к офицеру и принимали из его рук стопочку рисовой водки. Выпивая это священное пойло, они отдавали честь, кланялись, что-то кричали и мчались к своим машинам.

Самолеты выруливали навстречу ветру и после недолгого разбега стартовали, нацеливаясь на огромный огненный шар солнца, поднимавшегося из океана, чтобы окрашивать в кроваво-розовый цвет прикрепленные к кабинкам штурмовиков императорские флажки.

– Не забудьте, Кальтенбруннер, что мы должны будем создать такой же фильм о своих морских камикадзе, – проговорил Гитлер, тяжело опускаясь на свое место. – И обязательно сделать так, чтобы он «случайно» попал в руки японской разведки или же сотрудников японского посольства.

– Что одно и то же, – согласился начальник полиции безопасности и службы безопасности.

Машины камикадзе заходили со стороны солнца и устремлялись на американский корабль. Совершенно лишенные чувства самосохранения, их пилоты становились довольно легкой добычей корабельных зенитчиков, но некоторые машины все же достигали своей погибельной цели, обрушиваясь на палубы горящими обломками фюзеляжей или же снарядами врезаясь в корабельные надстройки.

– Нам известно, что, в свою очередь, японцы уже проявили огромный интерес к фильму о похищении Муссолини, – нарушил общее молчание Кальтенбруннер.

– И к нему тоже? – насторожился Гитлер. – В чем это проявляется?

– Пока что они стараются не упускать его из виду, словно опасаются, что однажды он получит задание доставить в Берлин императора Хирохито.

К удивлению Кальтенбруннера, фюрер никак не отреагировал на это предположение. Он занят был своими мыслями, далекими от страхов самураев.

– Придет время, и я лично подарю фильм о Скорцени сэру Черчиллю, – неожиданно улыбнулся фюрер, по привычке прикрывая свою улыбку наискось приложенной ко рту ладонью.

– Думаю, что мы сможем подарить ему не только эту ленту, – добавил Кальтенбруннер, имея в виду перефотографированную его службой корреспонденцию Муссолини. Однако фюрер не стал выяснять, на что именно намекает шеф СД, и этим спас его от излишних объяснений.