Рыцари Дикого поля

Вновь появилась служанка, но Камелия так зашипела на нее на своем фламандском, что та попятилась вместе с яствами, от которых князь вовсе не намерен был отказываться.

– Тогда слушайте меня внимательно. Графиня де Ляфер – ваша женщина? Она ваша, не так ли? Ну, что вы смотрите на меня, что вы испепеляете меня своим голубым безумием?

– Не уверен, что она считает именно так.

– Однако же в данном случае меня интересует ваше мнение. Именно ваше, а не графини.

– В конце концов, она замужняя женщина.

– Что вы хотите этим сказать? – язвительно поинтересовалась фламандка.

 – Что вы свободны? Что я могу стать вашей любовницей?

– Разве вы еще не стали ею? – князь понимал, что не имеет права произносить эти слова, но его вдруг обуял бунтарский дух оскорбленного мужчины.

– У меня есть три варианта ответа на вашу беспардонность, князь. Остановлюсь на предельно правдивом: я не возражаю. Но, прежде чем говорить со мной об этом, вы должны усмирить свою давнишнюю любовницу. Или официальную – как вам удобнее, так и называйте.

Я же всегда буду оставаться тайной.

Полковник похмельно повертел головой.

– Что значит «усмирить»? Где это должно происходить и как вы себе это представляете?

– Как усмирить? Как монахиню, как рабыню.

Полковник повертел головой еще раз, более решительно, вот только ясности сознания у него так и не прибавилось. Там, в постели, все выглядело значительно проще и понятнее. Правда, теперь у него тоже существовал довольно ясный выбор: взять эту красавицу на руки и вернуться в будуар или же подняться и уйти.

Но ведь сначала нужно было выбрать…

– Вы можете по-человечески объяснить, чего хотите?

– Наконец-то, – сразу же успокоилась фламандка и, забросив ногу за ногу, оценивающе оглядела парня, пытаясь выяснить, действительно ли он готов к настоящему разговору. – С этого вопроса вы и должны были начать. Вы совершенно правы, князь: замужняя ваша графиня или нет – не так уж и важно. Главное, что вы все еще имеете на нее влияние. Вот и поведите себя так, чтобы она вынуждена была оставить польского принца Яна-Казимира Вазу в покое и заняться вами.

Не волнуйтесь, я всегда исхожу из того, что ни одна женщина не способна до конца, до предела, исчерпать мужчину, так что для меня его тоже хватит. А потому совершенно не ревнива. Это я к тому, что после повторного покорения графини мое отношение к вам не изменится.

– Понятно: ваша ревность распространяется только на будущего короля?

– На человека, который обязан стать королем.