Саблями крещенные

Сведения о нем получены от моего тайного советника.

– То есть от Коронного Карлика, – скептически ухмыльнулся король.

– Простите, ваше величество, но я привык воспринимать его всерьез. Он сам приучил меня к этому.

– Не смею возражать. Тем более – сомневаться, – все с той же саркастической улыбкой повинился король. – Вездесущ ваш Коронный Карлик, признаю: вездесущ…

– Он обязан быть таким.

– Как давно этот Барабаш обитает в Запорожье? – вдруг несколько раздраженно поинтересовался король.

– Он был похищен казаками еще в детстве. Во время одного из походов. Так на Сечи и вырос. Но дело не в этом…

– В этом – тоже, – перебил его король. – Тут все нужно учитывать, буквально все. Итак, вы считаете, что булава должна быть вручена именно этому полковнику?

– Нет. Зачем торопиться?

Брови короля стремительно поползли вверх, розовато-кровянистые глаза рванулись из орбит.

– Кому же?

– Хмельницкому.

– Потому что этого требую я?

– Потому что в Украине нам нужен воин, а не ревностный блюститель указов Его Величества. Прежде всего, воин. Ибо никто еще в казачьей стороне не сумел добыть себе ни славы, ни авторитета чтением королевских привилегий. До сих пор их добывали только саблей, только мудростью полководца.

На том берегу показался разъезд гусар, осматривавших окрестные заросли и овраги. Даже здесь, в центре Польши, никто не мог полагаться на абсолютную безопасность монарха.

– Теперь вы понимаете, почему я решил, что поехать в Украину должны именно вы? – решительно поднялся король.

– Начинаю понимать, – скромно подтвердил Оссолинский, медленно поднимаясь вслед за монархом. Он был единственным, кому в присутствии короля позволялось сидеть, но не в тех ситуациях, когда он вставал.

– Это услуга не только мне, но и всей Речи Посполитой.

– Всякая услуга королю является услугой Речи Посполитой, – вежливо подправил его канцлер.

Король многозначительно помолчал и, вместо прощальных слов, произнес:

– Жду вас с вестями из Украины, князь.

11

Картина, которую Мазарини застал в рабочем кабинете королевы, вполне соответствовала всему тому, что происходило в «овдовевшем» французском королевстве после смерти Людовика XIII.