Путь воина

 – Успели кое-что обсудить без меня?

Кшиштоф виновато покосился на шевалье. Тот расправил богатырскую грудь и принял вину на себя.

– Так, в общем… испепели меня молния святого Стефания. Поговорили по-мужски… Дело-то серьезное. И ясно, что вести корабль придется не вам, графиня…

– Мы вот о чем подумали. У вас есть доступ к кардиналу Мазарини, – вновь перехватил инициативу моряк. – Французская казна пуста, а войну на море мы вроде бы все равно проиграли. Кто запретит первому министру выделить хотя бы один военный корабль для участия в нашей экспедиции? Королева тоже возражать не станет.

– …Если уж так решит кардинал Мазарини, – почти механически подтвердила графиня. – А вас, значит, послал ко мне капитан Хансен, верно я поняла?

Кшиштоф немного замялся.

– Капитану не хотелось, чтобы здесь ссылались на него. Он обязан выполнять только волю владельца корабля. Вы ведь понимаете… Если Гяур заподозрит его в склонности к пиратству…

– …Которое у фризов, как и у норманнов, в крови.

Ну да бог с ним. Зато теперь твердо знаю, что опытный капитан у нас уже имеется.

– Штурман – тоже, – ткнул шевалье пальцем в плечо Кшиштофа. – Лучшего боцмана, чем я, вам все равно не найти. Команда будет у меня вот здесь, – сжал кулачище с такой силой, словно пытался выжать воду из куска базальта. – Год на королевском флоте я все же прослужил.

Моряк удивленно взглянул на шевалье де Куньяра, затем на графиню.

– Так вы… согласны?! Я могу сказать об этом капитану?!

– Пока что можете сказать ему, что нас заинтриговала Афронормандия командора.

Но не более того, – охладила его пыл де Ляфер. – Мы с вами еще довольно смутно представляем себе, что это за земля, какой от нее толк? Как добираться до ее берегов и с какими племенами придется сражаться за нее? Наконец, каковы там условия жизни.

– Вы перечислили все то, что интересует капитана Хансена и меня, – возрадовался Кшиштоф. – Поэтому уверен, что мой визит оказался не напрасным.

Совет моряка: сделайте, госпожа графиня, так, чтобы это африканское путешествие в конце концов состоялось.

9

Хмельницкий вновь был поражен той убогостью, которую представляла собой крепость Ор-Капи. Невысокие глинобитные стены, кое-где уже основательно подернутые трещинами и отмеченные обвалами, полузасыпанные рвы, заваленные отбросами переходы…

Однако Тугай-бей, казалось, не замечал всего этого.