Похищение Муссолини

, генерал-майор, заместитель атамана Семенова, председатель воинского казачьего правительства Забайкалья, а затем председатель «союза казаков на Дальнем Востоке», командир Захинганского казачьего корпуса. В 1946 г. Военной коллегией Верховного суда СССР приговорен к расстрелу.] и господин Власьевский[13 - Власьевский Л.Ф., генерал-майор. В Гражданскую был начальником казачьего отдела семеновской армии. В Маньчжурии ведал поставками семеновским частям, а также их финансированием. Поддерживал связь между штабом Семенова и командованием японской армии.

– Передайте господину Таки, что мне лестно слышать имена своих боевых сподвижников, – улыбался и кланялся Семенов. Пока вдруг не поймал себя на том, что, беседуя с переводчиком, он, генерал, до омерзения вежливо, по-холуйски заискивающе, улыбается и кланяется… трубке. «Совсем ояпошился!» И круто выругался про себя.

Сбываются, понял атаман, его самые мрачные предсказания. И среди них – наиболее безутешное: «Эти япошки заставят мое православное войско до того съазиатиться, что потом с ним уже невозможно будет возвращаться в Европу».

– Если господин Семенов сочтет необходимым пригласить еще кого-то из своего генералитета, господин Таки не сочтет это отступлением от списка приглашенных. Господину генералу виднее, кого из штабных чинов взять с собой для того, чтобы разговор о будущем его армии был более обстоятельным.

– О будущем армии? – насторожился атаман. Это ж надо было Куроки умудриться изложить тему их встречи в такой «заушистой» форме!

– Теперь все думают о будущем, – уклонился переводчик от каких-либо вопросов, касающихся предстоящей встречи.

– Ветры перемен веют не только над Европой, господин Семенов. Они все чаще достигают окраин Великой Азии.

– Лучше бы не достигали. Особенно ветры тех перемен, которые происходят сейчас на пространстве между Берлином и Римом, – ворчливо заметил Семенов, суеверно открещиваясь от какой бы то ни было связи реформ в своем войске с тем, что происходит на германских фронтах.

Положив трубку, Семенов еще несколько минут стоял, глядя на нее, словно колдун на волшебную шкатулку, в ожидании очередного исчадия своего волшебства.