Гнев Цезаря

– …Кстати, напомню, что в свое время албанцы сумели освободиться от турецкой оккупации, а в эту войну самостоятельно изгнали гитлеровские войска, – продолжил свои нотации командир конвоя.

Офицеры молча переглянулись. Адмирал явно повторял то, о чем они недавно читали в розданных перед походом «политагитках», но признали, что это его… командирское право.

– Тут многое сказалось, – вдруг воодушевился их вниманием командир албанского конвоя, – упорство албанцев, ненависть к врагу, умение вести партизанскую войну в горах, наконец, сплоченность нации… Кстати, контрразведка… Албанцы что, в самом деле, по-настоящему укрепили этот остров? – обратился к начальнику службы безопасности.

– По имеющимся данным, на Сазани расположена стационарная береговая батарея. Кроме того, здесь несут службу зенитная батарея, пограничная застава и отдельный егерский батальон, или, как они его здесь называют, «батальон горных стрелков», которые считаются наиболее боеспособными солдатами албанской армии.

– Вы информируете меня о гарнизоне острова с такой тщательностью, словно получили приказ блокировать этот клочок суши и высадить на него десант.

– Никак нет, приказа не последовало, – густым сипловатым басом уведомил его подполковник Гайдук. – К тому же в моем распоряжении всего горстка бойцов.

– Что значит «всего горстка»? – проворчал контр-адмирал и только теперь внимательно присмотрелся к подполковнику контрразведки, который за все время перехода почему-то старался не очень-то светиться ни на палубе, ни в кают-компании крейсера, предпочитая проводить время в отведенной ему каюте, вместе с двумя другими офицерами своего подразделения.

– Надеюсь, в определении достоинства албанской армии вы обошлись без свойственной всем прочим офицерам иронии? – сдержанно улыбнулся Гайдук.

Контр-адмирал мгновенно побагровел, однако вовремя взял себя в руки и, уже приблизив бинокль к переносице, с наигранным укором заметил:

– На слове пытаешься ловить, флотский чекист? Ну-ну…

– Всего лишь констатировал, что в оценке достоинств армии наших союзников, как и по большинству остальных вопросов, расхождений у нас нет.

– Вот это правильная резолюция, подполковник. – Забыв на какое-то время о бинокле, командир конвоя повернулся к Гайдуку лицом и смерил его долгим, тяжелым взглядом.