Французский поход

Он ожидал увидеть испуганную, затравленную девчушку, ждущее спасения существо, к которому и притронуться-то грешно. Увидел же… Вот именно, увидел…

– Вам придется лечь в постель, баронесса.

– Да, конечно.

– Но из этого ничего не следует.

– Естественно.

– Так ложитесь же. Я отвернусь.

– Да, конечно.

– И буду стараться не смотреть на вас, лежащую.

– Естественно, – продолжала баронесса поражать мушкетера своим спокойствием и лаконизмом.

Д'Артаньян не мог разглядеть ее лица, но ему казалось, что девушка все еще продолжает так же мило, невинно улыбаться, как улыбалась, впервые увидев его в комнате.

Лили сняла туфли и, не раздеваясь, легла, набросив на себя легкое покрывало.

– Что бы ни случилось, вы не должны пугаться, Лили. И помните: я с вами.

– Да, конечно. Вы так и не сказали, как там мой брат, барон фон Вайнцгардт.

– Сражается, как истинный саксонец.

– Естественно, – тем же ровным, невозмутимым голосом согласилась Лили. – Он настоящий саксонец.

– Тогда уж позвольте и мне задать еще один вопрос, баронесса, после чего нам придется молчать до тех пор, пока здесь кто-нибудь не появится.

– Вопрос касается Амелии?

– Вы проницательны.

– Ее убили, – и вновь д'Артаньян был поражен тем, с каким спокойствием – не безразличием, а именно спокойствием – сообщила об этом Лили. Каким мужеством нужно было обладать, чтобы говорить так о гибели подруги, которая еще недавно спала на соседней кровати.

– И вы знаете, кто это сделал?

– Естественно. Турок Гафиз. Думаю, он придет и этой ночью. Если только вообще кто-нибудь придет.

– Тогда, возможно, вы знаете, почему ее убили? И сможете назвать причину?

– Естественно. Маркиза Дельпомас-заядлая лесбиянка. Вы знаете, что это такое?

От неожиданности д'Артаньян поперхнулся.

– Да, для мужского понимания это сложно.

– И все же посвящать меня в тонкости этого занятия прямо сейчас – не стоит, – попытался упредить ее мушкетер.

– Естественно. Так вот, однажды маркиза решила заниматься этим с Амелией. Но та учинила скандал, выскочила из спальни и даже попыталась поднять пансионесс на бунт. Из этого, правда, ничего не вышло, тем не менее такого поведения маркиза ей не простила. С моей помощью она выманила Амелию за калитку, ведущую к реке, как бы организовывая ее побег. Но я-то ничего не подозревала, естественно.