Черный легион

Остальные образовали жиденькое крепление метрах в пятидесяти ниже перевала.

– Что там со стороны города?

– Ничего особенного. Безлюдье. Следующей будет читинская станция? – приблизился он к Курбатову.

– Вполне возможно. Действуем, исходя из ситуации.

– Лихой вы командир, ротмистр. Это я по чести. Перешли бы мы кордон хотя бы с дивизией – можно было бы в самом деле начать освободительный поход. А так получается что-то вроде мелкой кровавой пакости. Ну, сожжем еще одну-другую станцию… Ну, пустим под откос еще два-три состава.

– Это и есть наш освободительный поход. За нами пойдут более крупные силы. Мы же с вами, как любят высказываться по этому поводу господа революционеры, буревестники.

– Крылья которых после каждого взмаха оставляют после себя огненный след. Честно говоря, мне не совсем ясна цель вашего похода.

– У вас была возможность выяснять ее до перехода границы.

– Я имел в виду вашу личную цель, – с достоинством уточнил Реутов.

– Дойти до Берлина.

– Само по себе это не может служить целью.

– Что же может служить ею?

– Организация восстания здесь, в России.

– Да, это одна из возможных целей, – согласился князь. Но продолжать разговор не пожелал.

Предположение Курбатова подтвердилось: рядом с радистом Центра теперь находился сам атаман Семенов. Он лично явился, чтобы продиктовать текст радиопослания: «Легионеру. Благодарю состав группы. Вскрыть пакет.

– Неужели у аппарата действительно стоял сам Семенов? – усомнился Матвеев, расшифровав это послание.

– Что в этом невероятного?

– Велика честь. Я-то думал: пошлют и забудут. Замотаются, подготавливая другие группы. В любом случае имею честь первым поздравить, господин подполковник.

– Объявите об этом господам офицерам, – попросил князь.

7

Начальник разведывательного отдела штаба Квантунской армии полковник Исимура[6 - О встречах с полковником Исимурой, о координации действий с японской разведкой генерал Г. М. Семенов говорил в своих показаниях на заседании Военной коллегии Верховного суда СССР.