Альпийская крепость

Тема ученых трудов, над которыми он будет работать, посвящена различным характерам «человека войны». Пока мы с вами коллекционируем старинное столовое серебро, золотую церковную утварь и бесценные полотна каких-то там пока что безвестных мастеров, барон фон Штубер коллекционирует досье и личные знакомства с такими людьми, как известный вам полковник Курбатов, прошедший с группой диверсантов по тылам красных от Маньчжурии до границ рейха; как Фризское Чудовище из «Регенвурмлагеря», или пока еще мало кому известный украинский иконописец и творец «распятий» мастер Орест…

– Кстати, о мастере Оресте я уже наслышан, – ожил Борман.

– Любой отданный мною приказ он выполнит, – решительно произнес Скорцени, считая, что большей гарантии надежности своего подчиненного дать не в состоянии. – При этом докладывать о выполнении будет только мне.

Бормана так и подмывало добавить: «Отныне – и мне тоже», но, встретившись с непоколебимым взглядом Скорцени, он воздержался от столь опрометчивого наскока, решив, что сначала следует познакомиться с этим коллекционером «заблудших душ войны».

– Мне бы хотелось, – сказал вслух, – чтобы этот штурмбаннфюрер сопровождал меня при осмотре подземного бункера ставки «Бергхоф» и прочих потенциальных мест захоронения сокровищ рейха. Я хочу увидеть, понять, прочувствовать этого человека.

– Вполне объяснимое желание.

– Хотя я не такой уж великий психолог, как сам Штубер, но думаю, что все же смогу присмотреться к нему.

– Насколько мне известно, сейчас он находится в укрепленном замке Шварцбург графа фон Ленца.

– Этого старого баварского сепаратиста, – покачал головой Борман. – Которого давно следовало вздернуть.

– Поскольку значительная часть «Альпийской крепости» будет располагаться в дружественной нам Баварии, – поморщился Скорцени при словах «дружественной нам», то кто знает, возможно, его сепаратизм еще каким-то образом пригодится нам.

– Что действительно странно, – натужно, словно ломал сопротивление заржавевшей шестерни, повел подбородком Борман. – Ведь от руководителей Австрии Микласа и Шушнига избавлялись решительно и особо не задумываясь. Под девизом – «С врагами не панькаться! Патронов не жалеть!».

– Кто сейчас может предсказать, как обернутся события? – невозмутимо продолжил Скорцени.