Альпийская крепость

 – Если только пилоту в самом деле удастся посадить этот самолет по телам поднебесных гробокопателей Зонбаха».

Пилот оказался настоящим асом. Он приземлялся, лавируя не только между какими-то временным постройками и выбоинами, но и между группами строителей, выскакивавших буквально из-под фюзеляжа его трофейного самолетика. И первым, кто по-настоящему высоко, в бутылку венского коньяка, оценил его мастерство, был сам Зонбах – коренастый сорокалетний крепыш, с лицом рыбака, безжалостно обожженным полярными ветрами, на котором очки казались бутафорским излишеством.

Недавно обер-лейтенант действительно поторопился доложить нетерпеливому, нахрапистому Скорцени, что секретный аэродром «Люфтальпен-1» готов, не предполагая при этом, что обер-диверсант сразу же устроит ему проверку таким вот, нежданным и воинственным десантом «фридентальских коршунов». Узнав, что Штубер назначен комендантом «Национального редута»,[3 - В первых правительственных документах и в приказах командования «Альпийскую крепость» чаще всего называли именно так – «Национальным редутом», считая, что название «Альпийская» раскрывает место дислокации будущего укрепрайона.

– И кто же хозяин этой обители? – поинтересовался Штубер, когда на очередном изгибе дороги, точь-в-точь повторяющей изгибы горной речушки, вдали проявились очертания Шварцбурга.

– Граф Эдвард фон Ленц, – ответил Зонбах. – Семидесяти пяти лет от роду. Неисправимый баварский сепаратист.

– Кто-кто… сепаратист?!

– Вы не ослышались, штурмбаннфюрер. Как это ни странно, баварский.

– Только из уважения, не заставляю повторять еще раз. Предпочитаю предаваться слуховым галлюцинациям.

– Не вы один предаетесь им в наши дни. Такие уж настали времена.

– Да, но… баварский сепаратист! Уму не постижимо! Нет, из истории я, конечно, помню, что в свое время Бавария тоже была независимым государством…

– И даже холила свою древнюю королевскую династию.

– Неужели до сих пор существуют люди, которые рассчитывают восстановить баварский трон?

– Как истинный баварец в двадцатом поколении, скажу, что с каждым днем их становится все больше.

Услышав это, Штубер отшатнулся, словно наткнулся на острие дуэльного клинка.