Прыжок в ничто

– Если так, то я не понимаю, зачем нужно было приглашать нас, – сказал Кинбрук довольно резко.

– Ну, хотя бы для того, чтобы сообщить будущим участникам полета некоторые сведения по астрономии, – с улыбкой сказал Цандер. – И не только для этого. Я не могу принять всю ответственность на себя. Как бы осмотрительны мы ни были, какие бы меры предосторожности ни предпринимали, наше путешествие все-таки рискованно.

Стормер сердито забарабанил пальцами по столу. Что за бестактный человек этот Цандер! Хорошо еще, что его не слышат другие участники акционерного общества.

При слове «риск» леди Хинтон и Эллен сделали невольное движение. Цандер заметил это и тотчас поспешил успокоить женщин.

– Ведь и поездки в поезде сопряжены с риском, – заметил он. – Не думаю, чтобы сам полет в ракете представлял большой риск. Но в случае посадки на планету нас, конечно, ожидают многие неожиданности. И я очень благодарен профессору Кинбруку, который заранее информировал вас о некоторых неудобствах, существующих на указанных планетах.

– Но куда же вы нас высадите, черт возьми? Простите, миледи, за невольное восклицание, – сказал Стормер.

Все ждали с напряженным вниманием, что скажет Цандер.

– Никуда. Я полагаю, что нам выгоднее и безопаснее всего именно нигде не высаживаться.

– П… рыжок в ничто? – спросил Маршаль с горькой иронией, которую не поняли.

– И поэтому-то я и старался создать такой межпланетный корабль, на котором мог бы существовать круговорот веществ.

– Питаться одной земляникой? – спросила Амели. – Я согласна.

– Для любителей покушать поплотнее мы захватим продуктов месяца на три, на пять. Если мне удастся полностью осуществить изобретение, которое я сейчас заканчиваю, то, быть может, одних этих трехмесячных земных запасов, не считая оранжереи, хватит нам хотя бы на два-три десятка земных лет.

– Вы полагаете, что в ракете нам для насыщения будут достаточны гомеопатические дозы?

– Я не собираюсь урезывать порцион ни на один грамм.

– Тогда, значит, вы собираетесь повторить евангельское чудо насыщения пяти тысяч человек пятью рыбами и тремя хлебами?

– Да, если хотите, чудо.

– Но в чем же оно заключается?

– В том, чтобы «растянуть» в ракете время, как резину.