Прыжок в ничто

Вокруг подковы расположились не менее странные сооружения. Шарообразные здания, гигантские цилиндры, лежащие на боку или стоящие на своем основании. Один шар был стеклянный и, как показалось Фингеру, вращался. Другой – совершенно черный. Лежащий цилиндр, или «цистерна», имел поверхность наполовину черную, матовую, наполовину блестящую, словно серебряную. Мелькнули странные карусели, мостки, висящие в воздухе, рельсовые пути.

В следующий момент стратоплан выровнялся, площадка провалилась. Фингер вытянул шею, чтобы посмотреть вниз.

– Любуешься на луна-парк? – спросил Винклер с улыбкой.

Второй небольшой крен, и Ганс увидел одноэтажные сосновые дома, за ними – двухэтажные длинные стандартные бараки, еще дальше – палатки. Пересекая весь город, шла насыпь, полого поднимавшаяся в направлении обрыва. На самом краю города виднелись фабричные корпуса и трубы, из которых валил дым. Узкоколейки в разных направлениях перерезали город. Сновали грузовики. Насыпь чернела людьми, копошившимися, словно муравьи.

«Неужели здесь устроен луна-парк?» – хотел спросить Фингер, но не успел. Стратоплан резко пошел на посадку, сел на землю, подпрыгнул, покатился и неожиданно круто остановился.

– Прилетели, – сказал Ганс.

Путешественники быстро оделись в меховые пальто и шапки. Герметическая дверь стратоплана открылась. Пахнуло морозным воздухом.

К стратоплану подошел быстрой семенящей походкой толстенький человек в дохе. Это был коммерческий директор Коллинз.

– Вы прилетели на десять минут раньше, – сказал он, здороваясь. – Я услышал адский треск вашего стратоплана и поспешил сюда. Вы ранены, сэр? У вас на лбу кровь.

– Пустяки, – ответил Блоттон. – Врачебной помощи не требуется. Простой ушиб о дверь. А вот если вы накормите меня хорошим бифштексом, я буду вам весьма признателен. Голоден так, словно не ел сутки, а между тем перед отлетом я плотно позавтракал.

– Недаром теория относительности утверждает, что чем быстрее движется тело, тем медленнее для него протекает время, – с улыбкой сказал Коллинз.

– Я думаю, сейчас сэр Генри Блоттон предпочтет горячий грог и бифштекс теории относительности, – заметил Винклер.

– Как поживает мистер Цандер? – спросил Блоттон.

– Его вызвали на совещание к леди Хинтон. Он скоро должен вернуться, – ответил Коллинз.

Блоттон и Коллинз пошли вперед. Винклер и Фингер – на некотором расстоянии от них.

– Я покажу тебе наше жилище, – сказал Винклер.