Жизнь в движении

Ем его с большим аппетитом, смотрю на документ и думаю: «Всё, я поступил! Я поступил и уеду из своего городка навсегда! Я буду жить в общаге и учиться в крутом вузе! Я студент! Вряд ли сейчас на земле найдется человек счастливее меня!» Я испытывал колоссальное чувство гордости, потому что чувствовал себя настоящим победителем.

От сладкого еще больше закружилась голова, а за спиной, казалось, выросли крылья. Ощущения были фантастические – одни из лучших, которые я когда-либо испытывал.

Приехав в тот день домой, я бегал по квартире и кричал: «Мама, я поступил! Ты представляешь?! Я буду студентом вуза!» А потом рассказал всем своим друзьям и знакомым о своем зачислении, испытывая при этом какую-то невероятную радость.

«Ребята, вы представляете, я буду учиться в МИФИ?» – с диким восторгом говорил я им. Как же мне нравилось повторять эти слова снова и снова! Я сам смог поступить в один из лучших вузов страны и держал хвост трубой. Меня переполняло чувство гордости, ведь я приложил немало усилий, чтобы стать студентом, и теперь наслаждался результатом своего упорства и стараний.

До переезда в Москву

Я родился в семье военного. Мой отец был в звании прапорщика, а мама работала воспитательницей в детском садике. У меня было самое обычное детство, как у большинства ребят в нашей стране в начале 90-х годов. Пожалуй, основная особенность заключалась в том, что моя семья жила в закрытом военном городке, вокруг которого был высокий забор с колючей проволокой и где проходить на территорию можно было только по специальному пропуску через КПП.

Времена были довольно суровые – отцу, как и всем военным тогда, не выплачивали зарплату, – и, чтобы прокормить семью, родителям приходилось выкручиваться.

Однажды я пришел вечером домой и увидел отца, который что-то старательно выкладывал на обеденный стол. «Странно, – подумал я, – неужели сегодня папа накрывает на ужин?» Когда я подошел ближе, то увидел, что засервированный стол был не такой, как всегда: на тарелках вместо горячих блюд лежали талоны на еду.

– Теперь мы будем жить так, – сказал нам отец, аккуратно поправляя вилки.

Было очевидно, что задержка зарплаты серьезно отразится на семейном бюджете, и отец (а вырос он в деревне) сразу решил: без натурального хозяйства нам просто не выжить.