Сильная Россия – богатая Россия

Подобный качественный переход в стратегии государства не может проходить без сплочения российского общества, без поиска компромиссных, но эффективных решений в экономике, финансах и социальной сфере в интересах большинства россиян.

Для получения положительного эффекта в целом для государства придётся, может быть, уточнить ставшие за четверть века привычными отдельные аспекты политической, финансовой и социальной архитектуры Российской Федерации. Однако при неуклонном исполнении одного условия – обязательное укрепление Российского государства.

Россия в своей стратегии заложила доброжелательное отношение к окружающему её миру и предполагает подобное отношение также и к себе.

В случае отказа внешних сил от политики доброжелательности и добрососедства Россия оставляет за собой право понуждать отступников от данного приоритета в межгосударственных отношениях к его соблюдению в интересах мира и поддержания прав и достоинства народов, суверенитета государств и сохранения широкого международного сотрудничества.

В частности, Россия инициативно предложила масштабно использовать свои богатые природные ресурсы в интересах развития всего человечества и не считает возможным использовать свои ресурсы в качестве “оружия”, направленного против интересов других стран.

Попытки отдельных политических сил оболгать стремление России к эквивалентному торговому обмену, а рачительное использование Россией своих природных ресурсов подать как её стремление к применению “ресурсного оружия” являются абсолютно деструктивными, создавая всем долговременные проблемы.

На протяжении веков своего существования Российское государство торговало с европейскими государствами. Желание ряда стран Европы получать богатства России даром или порабощать жителей России получали, в конечном итоге, достойный ответ.

История взаимоотношений между Россией и европейскими странами, как и между другими европейскими странами, наполнена разными, в том числе трагическими, событиями.

Во второй половине XX века в Европе достигнут исторический консенсус в понимании, что альтернативой эквивалентному торговому обмену между странами является лишь война, а ещё одну войну Европа не переживёт.