Подводные земледельцы

Красота! Только как, Макар Иваныч? На какой бы крючок, на какую приманку нам эту рыбку поймать – Марфу Захаровну, то есть?

Конобеев вздохнул и даже ложку отложил в сторону.

– Не сделано еще такого крючка, на который можно было бы таких самостоятельных старух ловить, – отвечал он. – Греха боится, по глупости бабской. Староверка она у меня.

– А ты тоже старовер? – спросил Ванюшка.

– Был, да весь вышел, однако! – ответил Конобеев. – Темность.

Макар Иванович о чем-то глубоко задумался, потом, не окончив обеда, поднялся из-за стола и вышел.

– Скучает! – тихо сказал Ванюшка, кивнув вслед Конобееву. – Эх ты, крученье-мученье с этим полом, с длинным подолом.

А Конобеев прошел в свою комнату, хмурый, озабоченный. Его густые брови, усы и борода топорщились и беспрерывно шевелились. Он надел водолазный костюм. Старику хотелось на берег, но на глаза Марфе Захаровне он не решался показываться. И он отправился далеко на юг, на разведки. Эти разведки Конобеев очень любил. Потом он докладывал обо всем виденном под водой Волкову: где какая почва, где растут водоросли, где они не растут, но расти могут.

Конобеев пробродил целый день, вернулся поздно ночью, улегся на полу – он не любил спать на кровати – и начал так ворочаться и вздыхать, что разбудил Гузика.

– Чего вы ворочаетесь, Макар Иванович? – спросил его Микола.

– К непогоде. Тайфун будет, – отвечал Конобеев. – Всегда чую!

Но не одно приближение тайфуна заставило его ворочаться и вздыхать по-слоновьи. Ему было жалко старуху, Марфу Захаровну, которая в эту ночь ворочается одна в китайской фанзе под елью.

Ель шумит, дверь скрипит, собака воет, а она одна…

Жалко старуху, но и бросить воду он не может. Нет, никак не может! Да и как бросить налаженное дело, шутка ли?

Макар Иванович начал вспоминать свою жизнь вплоть до того момента, как он встретился с Волковым.

Глава 4

Подводный совхоз

Конобеев родился и вырос в Приморье. Отец его был зверолов. И Макар Иванович еще десятилетним мальчишкой уже ходил с отцом на медведя.

Сколько он их потом уложил на своем веку, выходя на зверя «один на один»! Но не в пример отцу, который был настоящим «лесным человеком», у Макара Ивановича была общественная жилка. Еще в старое время, до революции, он пытался организовать артель охотников и рыболовов. Но из этого ничего не вышло. Конобеев доверчиво роздал членам артели деньги, которые скопил, продавая пушнину; его обманули, ушли с деньгами и не вернулись.