Остров погибших кораблей

Ни один шахматист не выиграет партии, имея на руках одну фигуру короля против всех фигур противника. И, кроме того, мистер Джим Симпкинс, наша партия ещё… не кончена.

– Вы полагаете? Эта цепочка ещё не убедила вас? – И сыщик потрогал лёгкую, но прочную цепь, которой Гатлинг был прикован за левую руку к металлическому стержню койки.

– Вы наивны, как многие гениальные люди. Разве цепи – логическое доказательство? Впрочем, не будем вдаваться в философию.

– И возобновим игру. Я требую реванша, – докончил Симпкинс.

– Едва ли это удастся нам. Качка усиливается и может смешать фигуры, прежде чем мы кончим игру.

– Это как прикажете понимать, тоже в переносном смысле? – спросил Симпкинс, расставляя фигуры.

– Как вам будет угодно.

– Да, качает основательно. – И он сделал ход.

В каюте было душно и жарко. Она помещалась ниже ватерлинии, недалеко от машинного отделения, которое, как мощное сердце, сотрясало стены ближних кают и наполняло их ритмическим шумом. Игроки погрузились в молчание, стараясь сохранить равновесие шахматной доски.

Качка усиливалась. Буря разыгрывалась не на шутку. Пароход ложился на левый бок, медленно поднимался. Опять… Ещё… Как пьяный…

Шахматы полетели. Симпкинс упал на пол. Гатлинга удержала цепь, но она больно рванула его руку у кисти, где был «браслет».

Симпкинс выругался и уселся на полу.

– Здесь устойчивей. Знаете, Гатлинг, мне нехорошо… того… морская болезнь. Никогда я ещё не переносил такой дьявольской качки. Я лягу. Но… вы не сбежите, если мне станет худо?

– Непременно, – ответил Гатлинг, укладываясь на койке.

– Вы шутите, Гатлинг. – Симпкинс ползком добрался до койки и, охая, улёгся.

Не успел он вытянуться, как вновь был сброшен с кровати страшным толчком, потрясшим весь пароход. Где-то трещало, звенело, шумело, гудело. Сверху доносились крики и топот ног, и, заглушая весь этот разноголосый шум, вдруг тревожно загудела сирена, давая сигнал: «Всем наверх!»

Превозмогая усталость и слабость, цепляясь за стены, Симпкинс пошёл к двери.

– Гатлинг! Там что-то случилось. Я иду посмотреть. Простите, но я должен запереть вас! – прокричал Симпкинс.

Гатлинг презрительно посмотрел на сыщика и ничего не ответил.

Качка продолжалась, но даже при этой качке можно было заметить, что пароход медленно погружается носовой частью.