Нетленный мир

 – Зиночка, а ты не поможешь ли мне закопать тушу моего павшего мерина? – И, закашлявшись (Симов был туберкулезный), он продолжал: – Кожу я вчера снял, а туша валяется второй день. Наверно, сейчас к ней подойти нельзя – вонь такая. Как бы не оштрафовали меня.

Зиночка охотно согласился. Он сегодня был свободен. Захватив лопаты, друзья отправились в путь.

Труп лошади лежал в канаве, у опушки леса. Красная ободранная туша виднелась издали. Рой мух кружился над ней. Симов уже заранее морщил нос, – однако он ошибся.

– Не гниет ваш конь, – сказал Зиночка.

– Да, странно, – отозвался Симов. – Ну, что же, тем лучше. А закопать все – таки надо.

И они принялись за работу.

На обратном пути они опять встретились с сыроваром и узнали от него новости: не только молоко, но и пиво, и вино отказывались скисать. На уксусном заводе приостановилась работа: из пивного уксусного затора не получалась уксусная кислота.

– Сейчас наши химики работают, делают анализы, хотят понять, в чем дело, но пока не понимают.

– И мясо не гниет, – поделился Симов своими впечатлениями.

– Да, и мясо не гниет, – ответил сыровар. – Многие уже обратили на это внимание. До свидания. Спешу в сыроварню.

– Павел Иванович, – обратился Зиночка к учителю, – вы все знаете, что же это такое значит? Отчего все это может произойти?

– Друг мой, я далеко не все знаю.

И, когда они расстались, Симов начал «придумывать», но ничего не придумал. Вечером отправился в клуб узнать новости. А новостей было немало. Симов едва пробрался сквозь толпу, наполнявшую комнату, к самой трубе громкоговорителя и замер. Низкий голос картонного тембра «чревовещал» об изумительных вещах, которые произошли во всем мире. Симов узнал, что не только молоко, во и все продукты, которые могли скисать, не скисали (вино, пиво, тесто с дрожжами).

– В чем же дело? – не удержался Симов и громко спросил черный рупор: – Воздух, что ли, изменился?..

А рупор продолжал мучить Симова неразгаданными загадками:

«При мочке льна, конопли и других прядильных растений из клеточной ткани уже не выделяются тонкие лубяные волокна»…

– Ну и что же? – спросил кто – то. На него зашикали.