Прежде чем он согрешит

Она взошла по ступеням, которые были красивее украшены, чем лестница пресвитерианской церкви Краеугольного Камня, и подошла к новым дверям. Затем Макензи отвернулась от них и оглядела улицу. Она пыталась понять, что ещё могло означать распятие мужчин на входных дверях.

«Возможно, они должны были смотреть на что-то», – подумала Макензи. Перед глазами были лишь припаркованные автомобили, дорожные знаки и редкие пешеходы.

Она опустила глаза к полу и нижней кромке двери. На бетоне виднелись небольшие грязные капли.

Она обратила свой взгляд к лестнице, пытаясь представить, как кто-то тащит по ступеням мёртвое тело. Одно можно было сказать наверняка – это дело не из лёгких. Конечно, Макензи не могла точно знать, был Костас мёртв на момент распятия или нет, но пока это была её рабочая теория.

Стоя у створчатых дверей и оглядываясь, Макензи мысленно прошлась по фактам, известным ей из отчёта. «Использовались те же гвозди, что и на месте убийства Таттла.

Сложно было представить эту жуткую картину, стоя на крыльце церкви. Стоя у входа в неё, люди никогда не думали о смерти и кровопролитии.

«Возможно, в этом и весь смысл. Возможно, это составляющая мотива убийцы».

Чувствуя, что она вот-вот додумается до чего-то важного, Макензи сбежала по ступеням вниз. Было странно не чувствовать присутствия Эллингтона рядом, но когда она вернулась в машину и завела двигатель, думать Макензи могла только о расследовании.

***

Во второй раз за день Макензи вошла в наполненный людьми дом. Отец Костас жил в милом двухэтажном доме в пригороде. Макензи встретила женщина, представившаяся прихожанкой Благословенного Сердца. Она провела Макензи в кабинет и попросила немного подождать.

Через несколько секунд в комнату вошла пожилая женщина. Она выглядела сильно уставшей и до глубины души опечаленной, присаживаясь в кресло напротив нарядной софы, на которой сидела Макензи.

«Простите, что побеспокоила, – сказала Макензи. – Я не знала, что здесь будет так много людей».

«Да, я тоже, – ответила женщина. – Сегодня состоятся похороны, и поэтому здесь все эти люди: члены семьи, знакомые, прихожане, – она сонно улыбнулась и добавила. – Меня зовут Нэнси Алленсворт, я секретарь прихода. Мне сказали, вы из ФБР?»

«Да, мэм.