Человек-амфибия. Ариэль. Остров погибших кораблей. Голова профессора Доуэля (сборник)

Тот, кого называли громким именем дон Флорес де Ларра, был когда-то мелким судебным служащим – его выгнали за взятки. Теперь он имел много клиентов: все, у кого были сомнительные дела, охотно обращались к этому великому крючкотвору. Имел с ним дело и Бальтазар.

Ларра сидел за столиком возле готического окна с широким подоконником. На столе перед ходатаем стояла кружка с вином и лежал пухлый рыжий портфель. Всегда готовое к работе «вечное перо» было прицеплено к карману потертого костюма оливкового цвета.

Ларра был толстый, лысый, краснощекий, красноносый, бритый и гордый.

Увидев Бальтазара, он небрежно кивнул головой, жестом указал на плетеное кресло против себя и сказал:

– Прошу вас, садитесь. С чем пожаловали? Не хотите ли вина? Пульке?

Обычно заказывал он, но платил клиент. Бальтазар, казалось, не слышал.

– Большое дело. Важное дело, Ларра.

– Дон Флорес де Ларра, – поправил ходатай, отпивая из кружки.

– В чем заключается ваше дело?

– Ты знаешь, Ларра…

– Дон Флорес де…

– Оставь эти фокусы для новичков! – сердито прикрикнул Бальтазар. – Тут серьезное дело.

– Ну так говори скорее, что ли, – уже другим тоном ответил Ларра.

– Ты знаешь морского дьявола?

– Не имел чести быть лично знаком, но много слышал, – снова по привычке важно ответил Ларра.

– Так вот! Тот, кого зовут «морской дьявол», – мой сын Ихтиандр.

– Не может этого быть! – воскликнул Ларра. – Ты выпил лишнего, Бальтазар.

Индеец стукнул кулаком по столу:

– У меня со вчерашнего дня во рту ничего не было, кроме нескольких глотков морской воды.

– Значит, положение еще хуже…

– С ума сошел? Нет, я в полном уме. Молчи и слушай.

И Бальтазар рассказал Ларре всю историю. Ларра слушал индейца, не проронив ни слова. Его седые брови поднимались все выше. Наконец он не выдержал, забыл все свое олимпийское величие, хлопнул жирной ладонью по столу и крикнул:

– Миллион чертей!

Подбежал мальчик в белом фартуке и с грязной салфеткой.

– Чего прикажете?

– Две бутылки сотерна со льдом! – И, обратясь к Бальтазару, Ларра сказал: – Великолепно! Прекрасное дельце! Неужто ты сам все придумал? Хотя, признаться откровенно, самое слабое место во всем этом – твое отцовство.

– Ты сомневаешься? – Бальтазар даже покраснел от гнева.

– Ну, ну, не сердись, старина.