Зов черного сердца

Сорвали меня с места, погнали за полсотни верст. Где ваше руководство? Почему делом никто не занимается?

– Не могу знать, товарищ майор! – отрапортовал старлей, пряча наручники в карман брюк. – Но уточню, если нужно.

– Свободен.

– Есть!

– Вот, Георгий, с какими болванами работать приходится, – даже не дожидаясь, когда молодой человек покинет кабинет, вздохнул следователь. – Да чего я перед тобой распинаюсь, сам все знаешь. Рассказывай давай, где ты, с кем, какая нелегкая сюда занесла?

– Ночью мне не спалось, пошел к монастырю.

– И все? А то, что о тебе пятнадцать лет ни слуху ни духу, как прикажешь понимать? Ты прости, Георгий, нехорошо тогда с твоим сыном вышло. Но кого нам было искать? – В голову опять полезли колдуны и приведения. Что бы он еще хоть раз ту передачку посмотрел!

Собеседник не шелохнулся.

– То?то же, – по?своему расценив его молчание и тяжелый взгляд, заключил Кольцов. – Хватит сидеть сиднем, рассказывай, как жил все эти годы? Женился хоть? Или так и ходишь бирюком? Твоя?то давно замужем.

– Какие мне выдвигают обвинения? – Георгий упрямился, будто Кольцов не с ним все время говорил, а со стеной. – Жене позвонить могу?

– Ну хоть одно выяснили, женился, значит. – Следователь улыбнулся, чувствуя, как спадает напряжение между ними. – В органы ты не возвращался, знаю, пробивал. А куда исчез, так и не понял. И никто не понимал. Поговаривали даже, будто помер Георгий Старостин.

– Георгий Старостин умер, – ровно, точно сообщал нечто незначительное, выдал мужчина, и это оказалась первая осмысленная фраза в их странном диалоге. – Я Жора. Новиков фамилия моя.

– Помнится, ты бесился, когда мы тебя Жорой звали. Попугайской кличкой считал такое обращение, – хохотнул Кольцов. – Не представляешь, как я рад тебя видеть, давай обнимемся, что ли?

Он встал и, обойдя стол, приблизился к неподвижно сидящему Георгию.

– Георгий, ей?богу, не смешно! – обиделся Кольцов. – Мы все же дружили с тобой. Неужели за пятнадцать лет забыл все? Не пугай меня, слышишь?

– Куда меня теперь, в камеру или отпустишь? Я не убивал. И кто убил, не видел.

– Посиди?ка ты здесь, дружище.

Кольцов вышел, по привычке заперев дверь кабинета на ключ.