Лучший исторический детектив – 2

твой дед, хотел раскрыть какую-то тайну своей далёкой внучке. И эта Полина из пятого рода – ты. У меня есть ещё брат, младший. У него есть дети, и старшую свою дочь он тоже назвал Полиной. Мы дали ей это имя сознательно, так же как и тебе. Когда меня депортировали из Советского Союза, я потерял дочь и жену одновременно. Я испугался. Не зная, что с тобой может случиться, не зная, сможем ли мы с тобой когда-нибудь увидеться, мой брат с моего согласия свою старшую дочь назвал Полиной. Но все мы знали, что есть ты – первая, поэтому никто не посмел пойти и предъявить свои права на ключ и шкатулку.

Полина внимательно выслушала отца, затем спросила:

– Значит, это я та самая Полина, о которой говорит граф Анненков?

– Да, моя дорогая.

– И что за тайну он хочет мне поведать?

– Мы все ломали над этим голову, – снова улыбнулся отец. – Тайна она на то и есть тайна. Не случайно, ключ хранится отдельно от шкатулки. Недаром эти атрибуты он вверил потомкам благородных людей, тем более посвящённых во что-то очень важное в свое время.

Полина почувствовала, что начинает нервничать:

– Но почему тайну хотят раскрыть спустя более ста лет?

– Значит и на то есть причины. Возможно, в своё время это было опасно. Или может быть Иван Анненков надеялся на что-то…, – Поль задумался, – я и сам не знаю. Всё это время, мы из рода в род только догадывались, что скрывается под словом «тайна».

Он улыбнулся и посмотрел на портреты Ивана и Полины:

– Какую такую тайну хотели они до нас донести?

Неожиданно для себя Полина повторила строчку из завещания:

– Ту, за которую они все так пострадали.

Отец и дочь многозначительно взглянули друг на друга.

V

В этот день Поль Шамнэ уговорил свою дочь переехать к нему. Дом был просторным, двухэтажным с красивой лужайкой перед домом. Естественно, Полина согласилась. Жить в одном доме рядом с отцом, было для неё честью.

– А эта комната будет твоей, – провёл он её в уютно обставленную комнату, – располагайся.

Полина улыбнулась. Ей нравилось приглашение пожить в отчем доме.

– А завтра поедем к Якушкину, – добавил он, – не будем тянуть со столь знаменательным моментом. Все очень долго этого ждали.

– Просто не верится, что завтра будет самый особенный день в моей жизни.