Дневник профессора Гаросса

– Я тебе верю, но… – я ловко уклоняюсь от ее поцелуя. – На седьмом небе я бываю почти каждый день и, причём, бесплатно. Так что отстань.

Девица капризно надувает ярко накрашенные губки. Чёрт! Трудно что-либо противопоставить её профессиональной напористости, но меня неожиданно выручает шум, донесшийся от стойки. Там находится телевизор, по которому транслировался футбольный матч между местными командами. Этот матч внезапно прервали, и появившийся диктор стал о чём-то взволнованно говорить. Видно, это сообщение заинтересовало хозяина, и он сделал звук громче.

– …два часа назад группой террористов было взорвано помещение, где размещалась редакция газеты «Гедара»… – доносится до меня, и я подскакиваю как ошпаренный.

Мулатка испуганно вздрагивает.

– Что с тобой, дорогуша? Ты прищемил яйца?

– Нет, – успокаиваю её, – это всего лишь очередной приступ почечной колики.

Расплачиваюсь и бегу к телевизору, чтобы не пропустить самого главного.

– Мощный взрыв полностью разрушил офис и типографию, – продолжает возбуждённо вещать диктор, всё больше наполняя меня тревогой, – и под развалинами схоронил всех, кто в этот час находился там. Так же пострадало само здание. В частности, обрушилось несколько верхних перекрытий. Почти два этажа выведены из строя. Прибывшим пожарным удалось сразу локализовать начавшиеся пожары. Число жертв и пострадавших устанавливается.

Оператор крупным планом показывает искорёженные глыбы бетона, языки пламени, мечущиеся среди руин, и изуродованные трупы. В одном из них, к своему ужасу, узнаю профессора Гаросса. Он лежал в луже крови под обломками бетонной опоры. Я не мог ошибиться. Он был выбрит и пострижен, из-за чего изменился до неузнаваемости, но я его узнал. Узнал по своему костюму, который когда-то купил на Северном Взморье. Он, как я и предполагал, оказался ему маловат. Пытаюсь разглядеть рядом с ним кейс.

Не в силах сдерживать охватившее меня чувство боли, спешу к выходу. Дойдя до двери, слышу грохот разбиваемой мебели и испуганный женский крик. Это четыре негра, наконец, от слов перешли к делу и уже успели разломать стол и два стула.