Дневник профессора Гаросса

– Да он ещё и белый, – презрительно пробормотал Хирург и, развернувшись, зашагал прочь.

– Я заплачу… – прошептал Гаросс.

– У него есть деньги! – выкрикнул в спину деда Клайд. – Ты должен ему помочь, чёртов старик. Он мой приятель.

– Ну хорошо, Клайд, – старик вернулся, – раз у него есть деньги… э-э, раз он твой дружок, я посмотрю его, будь он хоть трижды белый.

Хирург присел рядом с Гароссом, который изо всех сил старался не потерять сознание, распахнул пальто, после откинул полу пиджака и осторожно убрал с раны окровавленную рубашку.

– Пулевое ранение, – спокойно констатировал он, – свежее, тридцать девятый калибр. Так… Пуля застряла в теле. Это уже хуже. Придётся оперировать.

Он потрогал раненому лоб, пощупал пульс и сокрушённо покачал головой. Затем велел внуку развести газовую горелку и приготовить инструменты и ушёл. Пока он в соседней комнате тщательно мыл руки в эмалированном тазу, Клайд извлёк из-под кучи матрасов армейский нож и стал прокаливать его на огне горелки. Через несколько минут дед вернулся с поднятыми руками, как заправский хирург.

– Инструмент готов? – спросил он внука.

– Готов! – ответил тот.

– Тогда принеси «Джерри». У меня там осталось.

Клайд убежал, а Хирург присел около раненого.

– Не волнуйся, приятель, – сказал он Гароссу, – всё будет хорошо. Ранение пустяковое, так что нечего переживать. В Анкаруке я помогал профессору Дюва. Тогда мы спасли жизни не одной сотне солдат. И, скажу я тебе, многих мы буквально вытащили с того света.

В это время вернулся внук с початой бутылкой «Джерри», дешёвого, но крепкого алкогольного суррогата. Больше половины её содержимого он влил в рот Гароссу, а остальное вылил на рану и руки деда.

– Наркоз! – скомандовал Хирург.

Клайд от души врезал раненому по челюсти, и тот отключился.

– Готово, док!

– Тогда приступаем.

Старик взял в руки нож и внимательно осмотрел его на свет…

4

По заверению Хирурга операция прошла успешно.

– Спи, Том Бромс, – сказал он ему, – теперь тебе надо много спать. Большая потеря крови – это тебе не шутка.

Гаросс боролся за жизнь недели две. К сожалению, старик где-то допустил ошибку – на третий день рана начала гноиться.