Коса Лусичи

В такой темени отыскать нужный номер было совсем не просто. Друзья топтались на месте, не зная, что предпринять.

– Не забывайте, мальчики, – напомнила мужчинам Орловская, – что, возможно, в этот момент Билли нужна наша помощь.

– Да, – согласился Джон, – надо поторапливаться. Давай, Гарри, смотри номера домов справа, а я – слева.

– Если ты видишь в темноте так же, как кошка, то начинай, – отмахнулся тот.

– Не юродствуй, – одёрнул его Джон.

– Мог бы и фонарик с собой прихватить для такого случая, – не унимался Гарри.

– Ладно, дружище, не набивай себе цену. Что-то же мы должны делать.

– Так давай просто позовём его.

– Конечно, для тебя ничего не стоит разбудить целый квартал, а потом вступить в схватку с её разъярёнными жителями, которым ты не дал поспать.

– Подумаешь, ещё одна потасовка!

– Постойте, мальчики, – остановила их перепалку Орловская, пытаясь рассмотреть табличку, прибитую около входной двери, – по-моему, это и есть дом номер двадцать четыре.

– Нет, к сожалению, но курю уже очень мало. Честное слово, Света. А что?

– А зажигалка с собой?

– Разумеется, – машинально ответил Купер и тут же спохватился. – О, чёрт!

– Вот именно, чёрт! – уцепился за это Гарри. – Чёрт тебя побери, приятель! У тебя есть свет, а ты заставляешь нас напрягать зрение, чтобы мы смогли разглядеть что-то в этом кромешном аду.

– Да не гунди ты! – огрызнулся Джон. – Я просто про неё забыл.

– В следующий раз… – начал, было, Гарри, но Света перебила его, обращаясь к Куперу.

– Так ты посветишь или нет?

Джон достал зажигалку, подошёл к Свете и осветил облупившуюся табличку с номером.

– Точно двадцать четыре! – обрадовался он, пряча зажигалку.

– И окно вон, на третьем этаже горит, – заметила Орловская. – Может, это Билли ждёт Мэтса?

– Тихо! – вдруг шёпотом скомандовал Гарри и прислушался. – Кажется, наверху кто-то шумит.

– За мной! – еле слышно приказал Джон и первым заскочил в подъезд.

Принимая все меры предосторожности, чтобы не шуметь, они стали подниматься по лестнице наверх. Когда они достигли площадки второго этажа, одна из дверей на третьем этаже распахнулась, и несколько человек с шумом стали спускаться вниз. Друзья замерли. В такой темнотище, что царила в подъезде, их невозможно было разглядеть. Поэтому спускавшиеся их и не видели. Они просто торопились побыстрее покинуть дом.