Василиса

– Телепортировался?

– Нет, элементарно выбежал за одну из дверей, он этот дворец специально строил как лабиринт. А перстень Кащея подобрала я, вот он.

Василиса достала из сарафана платок и аккуратно развернула. В лучах заката бриллиант сверкнул сотнями искорок всех оттенков красного, от этих волшебных всполохов у меня по коже аж мурашки побежали.

– Вот это да! И как ты его углядела среди битого стекла и прочего беспорядка? Теперь мы тоже сможем с его помощью делать всякие чудеса?

Я все еще находился под очарованием красных всполохов камня и не заметил, как почти машинально потянулся к перстню, но Василиса меня остановила:

– Осторожно! Если перстень попробует надеть кто-то другой, кроме хозяина, то моментально умрет! А делать с его помощью чудеса? Сможем, но только когда найдем обряд, позволяющий стать хозяином перстня.

– Уууу, – протянул я, – значит, пользы от него мало? Разве что теперь Кащей лишился своей силы.

– Я бы так не обольщалась. Он и без перстня ох как много чего может! А потом, это не последний его магический артефакт, он их за тысячелетия много накопил!

– Слушай, тут как-то между делом и ты, и баба Вера говорили такую фразу: «Волшебный мир обсуждает».

– Нет, общаются мысленно между собой при помощи телепатии. Только у нас это называется тихая речь.

Мы опять посмотрели друг другу в глаза. У меня еще оставалась масса вопросов, но почему-то больше говорить ни о каких Кащеях, Анфисках и прочей нечисти не хотелось.

Я проснулся еще до рассвета, мы лежали, плотно прижавшись друг к другу, в избушке Яги, только мне показалось, что лавка стала пошире – раньше я там один еле умещался, а сейчас двоим места хватало. Василиса, приподнявшись на локте, смотрела на меня и гладила мне лицо, обводя брови, лоб, нос, скулы, губы и подбородок, шевелиться не хотелось ни капельки – так бы и лежал целую вечность, но оказалось, что у моей суженой на этот счет другое мнение:

– Что, мой герой, ты готов к посвящению? На рассвете – самое лучшее время.

– Как юный пионер к борьбе за дело коммунистической партии, – пробормотал я спросонья, но Василиса почему-то моей шутке не обрадовалась:

– Я бы на твоем месте не стала бездумно повторять заклинания, если не понимаешь их внутренней сути.

– А это заклинание, оказывается? Ты шутишь?

– Совершенно серьезно. Пойдем, а то пропустим рассвет.