Костюм

Подгоняемые друг другом они забежали внутрь здания и, как и было сказано, повернули направо. Впереди был довольно темный коридор, где, как увидел Виктор, депутаты и занялись опустошением своих карманов и заполнением кейсов. Виктору пришлось из карманов запихивать все себе за пазуху, создавая видимость живота. Пока шли по темному участку коридора, все всё успели сделать. Виктор подумал, что такое темное место было создано кем-то совсем неслучайно. Все заранее продуманно до самых последних мелочей.

Наконец-то они дошли до сцены.

– Где ваш главный со списком выступающих? – спросила молодая девушка у стоящего ближе всех к сцене Виктора.

Тот пожал плечами.

– Хорошо, давайте ваше удостоверение, и приготовьтесь все остальные, я вас запишу для объявления, – миловидная молодая повернулась к Виктору.

Машинально дернувшись рукой во внутренний карман, Виктор произнес:

– Петров Виктор Семенович, партия ДОН.

– Это легко, – она улыбнулась, – знаете, как я устала Кеклер-Меклер.

Виктор с облегчением вздохнул и опустил руку, так и не достав несуществующий документ. Молодая и красивая упорхнула к рядом стоящему очкарику.

Читая выданный текст, он услышал ворчание девушки и извинения очкарика за неудобочитаемую фамилию – Генрих Эдуардович Крэмс, нет, не Кремес и не Кремс, а Крэмс. Виктор ухмыльнулся, глядя на очкарика. Как они затесываются в Россию, да к тому же Единую.

Нет, не у нас, а у них, у нас плохо. А вот, у стоящих радом с ним все хорошо: карманы набиты, кейсы не закрываются, и еще много чего они смогут поиметь, или уже поимели. А вот у нас с вами положение катастрофическое, если не сказать, что наступил Апокалипсис.

– Петров Виктор Семенович, – услышал он свое имя и его даже подтолкнули на сцену.

Ого, да здесь и телевидение, и вспышки, и полный зал людей. Скорее всего полиция в штатском, уж больно все одинаково стрижены. Ну, ладно, полицию не грех обмануть. Выпив два стакана воды, Виктор прочитал текст с небольшой импровизацией и получил за это бурные аплодисменты и букет цветов.

«Звезда, ни дать, ни взять», – смеялся он своей шутке в стиле президента: «мочить в сортирах», «жевать сопли», «разгоним хлюпиков – демократов».