Волчья пара

– А все же, сколько?

– Ты можешь не поверить, но пять тысяч.

– Рублей?

– Что ты, долларов, конечно! – удивился Гиви.

– Гиви, – поразилась Ольга, не донеся виноград до рта, – ты хочешь сказать, что за пять тысяч долларов ты можешь отправить человека на тот свет?

– Ты же отправляешь. За такие же деньги…

– Я другое дело, – Ольга бросила виноград на стол. – Я это не за деньги делаю. Я просто освобождаю землю от подобных тварей. А деньги я беру у тебя потому что каждый раз это делается и в твоих интересах тоже.

За все надо платить.

Гиви налил себе своего любимого красного вина и сказал, медленно разделяя слова:

– Вот и я тоже не из-за денег. Да если был хотя бы один рубль, он все равно бы поплатился.

– Зачем? Если бы ты послал к нему своих людей, он отдал бы тебе эти деньги.

– Э-эх, – зацокал языком Гиви, откидываясь на диван, держа в руке хрустальный фужер с вином. – Ты не понимаешь. Все дело в принципе. Если у тебя кто-то, взяв у меня десять долларов, и не отдает, делая вид, что он их у меня не брал или говорит, что отдаст, когда сможет, то тем самым он проявляет к тебе неуважение.

Если ты не отреагировал на это неуважение, завтра к тебе придут и возьмут без спроса десять тысяч. А послезавтра ты будешь уже никто, потому что к тебе придут и возьмут все.

– У тебя попробуй возьми, – усмехнулась Ольга. – Целый взвод под ружье поставишь.

– Поздно будет ставить, – холодно поглядел на нее Гиви.

 – Даже отстреляться не успеешь. Да никто за тебя и под пули-то не полезет, и все потому что кто-то взял у тебя деньги и не отдал безнаказанно.

– И все же мне кажется, что Мохначев бы отдал. Тем более что деньги у него, как пишут, при себе были.

– Этот шакал подумал, что сумма небольшая и ее можно не отдавать. Думал, что Гиви даже не вспомнит о ней. Здесь-то он и ошибся.

– Да. Ошибся. А за ошибки надо платить, – задумчиво сказала Ольга.

Гиви допил вино, поставил фужер на стол и заметил:

– Ты сегодня что-то очень любопытна.

Много вопросов задаешь… Правда, этот недостаток у тебя всегда был. Но ты сегодня еще и задумчива не в меру. Может, скажешь старику, о чем думаешь?

– Так, – после некоторой паузы ответила Ольга. – Воспоминания накрыли. Снова Шамонина вспомнила. Я тогда тоже, кстати, ошиблась. Теперь вот плачу.

– Тебе грех жаловаться. Разве это плата? Живешь в свое удовольствие.