Террор гладиатора

В десятый раз за эти три часа Иван вспоминал Чечню, и каждый раз – с сожалением, что сейчас ему приходится работать в средней полосе России, а не на иссеченной Господом Богом и людьми территории Великой Ичкерии. Иван не был мусульманином, вопросы официального шариата или неписанного адата его не волновали нисколько. Правда, и о христианстве он знал только понаслышке, ни разу не побывав в церкви, а Библию читая только в качестве художественной литературы. Но о том, что человек изначально грешен, и Бог посылает ему наказание за его грехи, Иван, конечно, слышал.

И всегда считал, что пережитое им в Чечне – плен, рабство, участие в гладиаторских боях, в которых ему приходилось убивать друзей и защищаться от их, грозящих смертью ударов, а потом – побег и война, которую он, Иван Марьев, лично объявил этой стране, и в единоборстве с которой, в гладиаторской схватке с нею, победил – все это происходило ему в наказание за какие-то неизвестные ему, неосознанные грехи. Именно поэтому и иссек Бог лицо Ичкерии оврагами и ущельями, а лица мужчин, ее населяющих – шрамами, поэтому наполнил чеченскую жизнь войной, убийствами, смертью. Чтобы усложнить его путь, наполнить его терниями.

Смерть стала настолько привычной для Ивана, что в нее он верил гораздо больше, чем в Бога. Он о нем просто не думал никогда. Жизнью правила Смерть и диктовала свои условия тем, кто хотел выжить. А Иван хотел выжить, и, наверное, только поэтому – сумел выжить…

Если Чечня была для Ивана Испытанием, то средняя полоса стала – Заданием.

Вернувшись из побежденной им Чечни в Россию, в Москву, Иван познакомился с Крестным, случайно оказавшись в самом эпицентре террористического акта, который проводили «бойцы» Крестного…

Да, это произошло случайно, но эти люди не могли не встретиться. Иван, «отмороженная» в Чечне душа которого едва-едва шевелилась только когда ему грозила смерть или он сам убивал кого-то. И Крестный – человек, сделавший смерть – производительной силой, создающей ему капитал.

Побывавший в советское время в составе спецподразделений службы безопасности во всех «горячих точках» планеты. Очень редко убивавший сам, но посылавший на смерть равнодушно, как за пачкой сигарет в ближайший киоск.

Иван в Чечне душу «отморозил», Крестный – выжег ее до основания, до корней в Венгрии, Чехословакии, на Кубе, в Сальвадоре, Чили, Никарагуа, Камбодже, Иране, в Анголе и Вьетнаме.

Конечно, они не могли не встретиться.