Нойоны. Черный дождь

Он не мог понять, как можно всю жизнь просидеть на диване или простоять в королевском приемном зале, кланяться, здороваться с другими представителями такой же «говорящей мебели» и ничего больше не сделать, вообще ничего – воистину лучше сразу умереть.

Итак, купцы, поравнявшись с Оллином, гордо и громко, чтобы слышали придворные сплетники и доносчики канцлера, заявили:

– Миллион циллингов отдаст купечество Энрофа на борьбу с нойонской тьмой! Все видят, мы никогда ранее не были так щедры. Ещё бы, даже в убытки влезаем, но для короля и его армии все отдадим! – тряхнул бородой представитель меховой торговли.

Да, подумал про себя Эй-Той, вы многое дадите, чтобы получить Фолию и Таталию, как рынки для ваших товаров. Неповрежденные, не сожженные – готовые покупать. Вот чего вы и хотите, а не разгрома Нойонской тьмы.

– Как настроение его величества? – согласно этикету поинтересовался глава разведки.

– Очень хорошее, он рад тому, что предстоит. Государя во всем поддерживают его брат и канцлер, армия собирается.

Его величество очень бодр и хорошо выглядит! Воистину, посетивший Валтару рождается заново, что и о вас можно сказать!

Купцы расшаркались и пошли к своим знакомым из придворных, а ободрившийся Эй-Той, со свитком в руках, поклонился королевской страже и заявил, что ему назначено.

Разговор с королем, к удивлению главы разведки, прошел очень легко. Более всего разведчика поразила реакция канцлера. Эй-Той не ожидал этого – ни охрана, ни торговцы не предупредили его, но в малом зале королевского совета вместе с Эдриком находился и герцог Рууд.

Эдгар был будто рад его визиту. Они с королем обсуждали будущую военную кампанию и сразу сбили заготовленную Эй-Тоем речь, засыпав вопросами о внешней разведке.

– Что происходит в Таталии и Фолии? Правда ли, что Карн занял нейтральную позицию и там обосновались уцелевшие сумеречные? Можно ли сделать Карн союзником в грядущем конфликте?

Эй-Той отвечал, как мог, стараясь не разгласить при канцлере того, что полагалось лишь для королевских ушей.

Лишь в самом конце он вернулся к тому, о чем хотел говорить, направляясь во дворец.

Когда король спросил о целях операции, Эй-Той, улыбаясь и глядя на канцлера, лишь назвал имя кревландского короля Гирда и передал королю свиток. Рууд с маской безразличия отошел к столу. Пара бритых монахов в белых сутанах – защитников короля переглянулись. Эдрик пробежал текст глазами и заявил, что это огромная сумма.