Конец дороги

Машин оказалось мало, все очень подержанные, да и дорогие, как староземельный «Порше». Правда, среди откровенного хлама присутствовало несколько «Витар» и «Свифтов» местной сборки, их собирали испанцы из комплектующих деталей, пересылаемых из старого мира. Вполне симпатичные машины, дорогие, конечно, до безобразия, но новые, небольшие и проходимые, как раз для разъездов по городу. Немного смущает местная сборка, поэтому мы решили поговорить с друзьями и только потом покупать.

В ресторане у Тамаза пришлось задержаться, еда и вино оказались превосходными, так что поездку в тир пришлось отменить и до самого позднего вечера наносить визиты остальным новым друзьям.

Уже поздно вечером заскочили к Моисею Львовичу. Ювелир бережно положил на стол пакет с пластиковыми купюрами и сказал:

– Здесь сто пятьдесят тысяч, и это честная цена, в этом божьем мире вам больше никто не заплатит. Свою зарплату за красоту, что я вам сделаю, я уже из остатка взял, совсем мелочи. Кстати, она будет готова через неделю.

Я буду работать как проклятый, но ваши красавицы через неделю наденут красоту от старого Моисея. Не волнуйтесь.

Я совсем не волновался и, честно говоря, думал, что получу меньшую сумму. А кольца девочки всё равно смогут носить только после помолвки, надо только как-то умудриться ее сделать.

Затем я приметил, что Моисей Львович сидит с хитрым видом и явно еще что-то хочет предложить. И он таки предложил:

– Вот что я еще думаю, Максим. Думаю, что вы принесли мне не самое лучшее из того, что у вас есть, и это правильно, я бы и сам так поступил.

Поживите, подумайте и снова приходите. Нет-нет, погодите! Хотите, старый Моисей поможет вам с умом потратить немного ваших денежек?

– Моисей Львович, когда вы говорите, я прямо чувствую, как в мои уши вливается мудрость. Кто в этом мире, как не вы, знает, как с умом потратить деньги? – польстил я старому еврею. – Конечно, хочу.

Я действительно не против. У нас скопилась довольно большая сумма наличными, просто лежавшая без дела, а это как бы не совсем хорошо.

Деньги должны работать.

– Максим, вы таки сделали старому еврею приятно. – Расплылся в улыбке Моисей Львович. – У меня есть маленькие гешефты с этими хитрыми шлемазлами из Халифатов. Правду говорят – когда араб родился, все евреи плакали. Так вот, они мне привезли сюда вещь, которая мне совсем не нужна и я в ней ничего не понимаю. Идемте, я вам покажу, – старик показал на дверь, ведущую во внутренний дворик.