Новая любовь Розамунды

Помни, любовь моя: с собой берем лишь самое необходимое.

– Знаю. Но Энни все равно придется сделать вид, будто мы собираемся вернуться домой, и упаковать все вещи, – ответила Розамунда. – Только бы метель улеглась!

– Может, это и к лучшему, – заметил граф Гленкирк. – В бурю меньше риска столкнуться на море с англичанами. У них нет ни одного приличного судна, хотя шурин нашего короля уже успел позавидовать успехам его мореходов и собирается строить новый флот. Ты уверена, что хочешь поехать со мной?

– Абсолютно, – решительно отвечала Розамунда.

 – Уж не жалеешь ли ты, что пригласил меня, милорд?

– Да что ты! Я уже не представляю, как буду жить без тебя, Розамунда! – воскликнул граф.

– Но однажды… – начала было Розамунда.

– Но не сейчас, – прервал ее Патрик.

– Надеюсь, королева мне поверит. Лучше поговорить с ней не откладывая, пока не поздно. – Розамунда наклонилась, едва коснулась поцелуем губ графа и встала из-за стола.

Маргарита Тюдор, заметив леди Фрайарсгейт, знаком приказала ей подойти поближе, и Розамунда поспешила к ней.

– Ваше величество, я только что получила известие, что Филиппа, моя старшая дочь, опасно больна. Это чудо, что гонцу удалось добраться до нас в такую пургу, но мне придется вернуться во Фрайарсгейт, как только уляжется метель, – с тревогой в голосе проговорила Розамунда.

– К тебе приехал кто-то из твоих людей? – спросила королева. – Я хочу увидеть его и вознаградить за преданность и отвагу!

– Нет, мадам, это не мой человек. Мои люди слишком просты, вряд ли им хватит смекалки проделать весь этот путь до Эдинбурга, а потом до Стерлинга! Это был гонец, специально нанятый моим дядей Эдмундом.

Я сама его даже не видела. Он спросил обо мне, и его проводили к Энни. Она взяла у него письмо и поспешила найти меня после мессы.

– А… – разочарованно протянула королева. – Неужели ты покинешь меня, Розамунда? Я так хотела, чтобы ты была рядом, когда придет время рожать! Я ужасно по тебе соскучилась, и мы на славу повеселились в эти недели!

– Это ты повеселилась, издеваясь надо мной! – возразила Розамунда с лукавой улыбкой.

 – Я постараюсь вернуться к тому времени, когда тебе придет пора рожать. – Она чувствовала себя неловко из-за того, что вынуждена была обманывать подругу, особенно если вспомнить, как хорошо к ней всегда относилась Маргарита Тюдор. Но королева не должна знать правду о миссии графа Гленкирка в Сан-Лоренцо.

– Ты хорошая мать, Розамунда, – ласково проговорила королева.