Приключения филистимлянина из Ашдода сына Хоттаба

Из-за проявленного неуважения к одному из поселян жители побили бы даже более искусного воина. И тот едва добрел бы до дому. Но здесь только песчаная гавань, густая трава правобережья, представлявшая морскую бескрайность. Патон, казалось, колебался, но дальнейшие его действия скорей обескуражили Хесена, чем насторожили. Патон вдруг развернул лошадь и умчался прочь. Оставшись один, Хесен, казалось, выиграл свой первый бой, какой-то новой техникой, необычной, простой, без боя. Стало даже скучно.

– Ну что, друг мой, поехали добывать невесту?

Конь, услышав, словно поняв хозяина, фыркнул, как бы в согласие.

Хесен Аквиинский оседлал коня и направил его к хижине возлюбленной.

Это юноша двадцати одного года, воспитанный филистимлянкой в поселении аквиинов, живших рядом с морем, а поодаль с ними соседствовал народ фэхтер, те, кто довольствовались и знали разные способы приготовления грибов, засушивая их, употребляя с медовухой, рыбницей, или ели как хлеб. Народ Хесена граничил также с дорудеями, вроде лесных братьев, те, в свою очередь, с другими, и так Филистия раскладывалась на многие племена в каждом со своей идеализацией или выращиваемой культурой.

В поселениях Израиля, другой части Ханаана, бытовала общая колония, разделенная на разного рода отличия людей по познаниям, мышлению и интересам. разделяясь своего вида кварталами, в свою очередь похожими уже на городские поселения со своей отличительной структурой домов, парков и мероприятий-развлечений. При целом богослужении народ именовал себя царством под управлением из первой династии царей вторым монархом, при котором оно более разрослось и улучшилось, чем прежде.

Храмом поклонения царя того государства Соломона являлась статуя в виде солнечного диска. Вторая статуя, с распростертыми крыльями, означавшая место восхождение правителей израилевых, в народе говорили, что это было подобие их врат откуда они приходили.

Действительно ли высеченные распорки в лесах у холма Исайя имели туннель в другой мир или это была лишь легенда, могли знать лишь два человека в Иудее.