Скай О`Малли

– Госпожа! – В голосе Али чувствовались умоляющие интонации, и Ясмин рассмеялась. Она узнала то, что хотела узнать: Скай не любит прикосновений женщины, но наслаждается близостью мужчин. Занятия можно продолжать. Прежде чем Али успел сказать что-нибудь еще, она отпустила евнуха, и тот скрылся, подобрав свое платье.

– Смешное существо, – заметила Скай. – Я ему понравилась?

Ясмин снова рассмеялась:

– Очень. И если бы ты была одна, он бы мог овладеть тобой. Позже, когда ты будешь знать больше, я ему это разрешу.

Мы используем евнухов, чтобы совершенствоваться в нашем ремесле. – Она беспристрастно посмотрела на Скай. – Ты хорошая ученица, но на сегодня довольно. Завтра я приду в то же время.

Ясмин оделась и ушла, а Скай еще несколько минут сидела неподвижно. Потом ее рука медленно поднялась к груди. Она принялась нежно ласкать свое тело и с удивлением заметила, как твердеют ее соски. Она представила, что ее гладит мужчина, и почувствовала укол между ног. Как это было замечательно.

Какие еще прелестные вещи стерлись из ее памяти? Вздохнув, она, нагая, легла на кушетку и вскоре заснула.

Тем вечером Халид эль Бей послал за Скай. Свежая после ванны, она только что закончила умащивать себя благовониями. Скользнув в невесомое, цвета глицинии платье, она босая побежала по ковру, постеленному в коротком коридоре, ведущем в апартаменты господина.

– Как ты привлекательна! – приветствовал Скай Халид эль Бей, когда она вошла в комнату. Он заметил блеск ее кожи и завитки обрамляющих лицо темных, как полночь, волос.

 – Ясмин сказала, что урок прошел успешно. Она полагает, что ты талантливая ученица и быстро всем овладеешь. Она тобой довольна, поэтому доволен и я.

Ее лицо осветилось радостью.

– Я хочу угодить тебе, господин Халид. Без тебя я была бы никто.

Он взял ее за подбородок и заглянул в голубые глаза:

– Я так не считаю, моя маленькая заблудившаяся птичка. Вовсе не считаю. – Он улыбнулся девушке и нежно спросил: – Так чему ты сегодня научилась?

– Пользоваться благовониями и раздеваться перед господином.

– Разденься передо мной, – приказал он, усаживаясь среди ярких подушек, сложив крест-накрест ноги. – Представь, что я твой господин.

Она стояла перед ним очень прямо, пальцы едва коснулись перламутровых пуговичек, но одеяние было расстегнуто. Груди едва мелькнули перед ним, и она отвернулась. Потом мучительно медленно сползало на пол шелковое платье, открывая спину и совершенные бедра.