Истории дядюшки Беса

 – Выкинь ты уже нахрен это молоко! Сегодня мы с тобой гульнем, мой поросеночек!

Ага… гульнете вы… размечтались.

В конюшне пахло навозом и свежим сеном. Парочка лошадей мирно отдыхали в стойлах, пожевывая травку. Мне приглянулся дальний конь – мускулистый, шоколадной цвета с белоснежным "галстуком", что тянулся от подбородка до живота, словно молоко женушки старого пердуна.

С каких пор я стал использовать бранные слова?

И тут до меня дошла более страшная истина. Я собираюсь грабить. Грабить средь белого дня.

Но погодите. Я собираюсь грабить старого пердуна, на которого я проработал около трех часов под палящим солнцем, а он меня в итоге сдал полицейскому! А я-то ведь ни в чем не виноват! За любой труд нужно платить, а тут меня собираются сажать в тюрьму – меня, пятнадцатилетнего Денниса, который и мухи не обидит! Вот уж фиг вам!

Откинув металлическую защелку, я отворил дверь и вошел к лошадке.

– Хороший… – я погладил коня по его прекрасной мордочке. – Ну что, покатаемся с тобой?

Конь облизнул мне руку и для меня это было сродни зеленому сигналу светофора.

Надо поторапливаться!

Взявшись за гриву, я отклонился назад и, взмахнув правой ногой, запрыгнул сверху, но я не учел, что рост и сила Лестера в несколько раз больше, чем мои, поэтому я благополучно проскользил задом по спине коняшки и шлепнулся в кучу сена. Конь заржал и стартанул с места.

– Стой! – завопил я, вскакивая на ноги и тут же побежал следом. – Стой! Куда?

Перед самым выходом из конюшни я одним прыжком, словно тюлень на льдину, запрыгнул на спину лошади, животом вперед и повис как колбаса, пытаясь уравновеситься.

Лошадь это только позабавило. Она поддала газу и я, схватившись за гриву, потянул на себя и только потом, с попытки, наверное, третьей, умудрился сесть, обхватив коня ногами и руками, словно ошарашенная мартышка на ветке, что прячется от поджидающего ее внизу голодного леопарда.

– Мать твою! Евлампий! Ты чего учудил?! – заверещал старикан и мое сердце ушло в пятки.

Попался с поличным! – А… эт ты что ль там! Ублюдок! Слезай с моей лошади!

– Я не могу! – я буквально прирос к… Евлампию? – Я боюсь!

Конь кружился на месте, стуча копытами, поднимая вверх клубы пыли. Евлампию такая карусель была только в радость.

– Мразота бесовская, ты что с моей лошадью сделал? – одним испуганным глазком я заметил, как старикан кружился вокруг, яростно размахивая руками. Что он пытался сделать – непонятно.