Все радости – завтра

Эйбхлин хотелось знать, что же еще сказала Клер О’Флахерти несчастной Дарре, чтобы заставить ее совершить убийство.

Голубые глаза Дарры округлились, и она зашептала:

– Она не говорила. Она показала мне. Несколько раз она приходила в мою келью ночью и показывала мне, что сделал лорд Бурк с этими послушницами и что он сделает со мной. Она сосала и кусала мои бедные груди, так что они воспалились, она засовывала в меня свои длинные пальцы и двигала ими вперед и взад точно так же, как он это проделывал своим членом, когда меня принудили быть его женой.

Дарра дрожала, и Эйбхлин пришлось скрыть охвативший ее гнев, чтобы не напугать бедную женщину еще больше.

– Но как же вы могли поверить ей, сестра Мария Кающаяся? – спросила она. – Ведь у лорда Бурка была красивая жена и два прекрасных ребенка. Зачем ему другие женщины? В то время как вы жили в его замке, разве преследовал он служанок или крестьянок? Он никогда не был бабником.

– Жена лорда Бурка мертва, – ответила Дарра. – Сестра Мария Ясная сказала, что Скай О’Малли умерла при родах.

– Моя сестра жива и невредима, – ответила Эйбхлин.

Дарра отрицательно покачала головой:

– Нет, Скай О’Малли мертва, и лорд Бурк низмен и похотлив. Я не могла позволить ему вновь вступить со мной в связь.

Дарра О’Нейл, очевидно, погружалась в свое безумие.

– Но почему вы бросили его тело в море? – быстро спросила Эйбхлин. – И что случилось с сестрой Марией Ясной? Пожалуйста, ответьте мне!

На мгновение разум под влиянием повелительных ноток в голосе Эйбхлин вернулся к Дарре:

– Мы положили тело у кромки воды перед приливом. Там было столько крови… Так много крови… Море уже плескалось у его ног, когда я в последний раз обернулась, чтобы посмотреть на него. Он теперь не сможет вернуть меня, этот гнусный развратник!

– А сестра Мария Ясная? – настаивала Эйбхлин.

– Разве она не здесь? – последовал ответ. – Мы вернулись вместе. Она была моим другом. – Глаза Дарры снова опустели. Она поднялась с постели, упала на колени перед распятием с зажатыми в руках четками.

– Я должна молиться о том, чтобы дьявол не был слишком жесток к лорду Бурку, – внезапно чопорным тоном сказала она. – Мой долг – молиться за него, хотя он и большой грешник.