Все радости – завтра

Этого не должно было случиться!

– Пожалуйста, – плакала она, – прошу вас, монсеньор! Остановитесь! Остановитесь! – Скай было стыдно просить его, но она не могла перенести чудовищную боль.

В ответ он хлестал ее еще сильнее, теперь удары обрушивались на ее ноги. Она чувствовала, как струйки крови щекочут кожу, Скай барахталась в своих шелковых узах, но вырваться не могла, а подложенные им под живот подушки лишь способствовали тому, что ее зад поднимался все выше и выше, становясь все доступнее для него.

– Сука! – прошипел он, нанося удар по ее извивающейся заднице. – Покайся! Покайся и признай, что ты – ничто! Что мужчина – твой господин! Признайся, что ты – лишь безмозглая плоть, служащая для удовлетворения мужчины, негодный сосуд для его семени! Самка для его сыновей! Такова Божья заповедь, и ты нарушаешь ее!

– Нет, нет! – всхлипывала она, в то время как розга наполняла ее все новой и новой болью.

– Ты упряма, – прошипел он снова, и его рука не останавливалась, – но я буду победителем и спасу тебя от дьявола, овладевшего твоей душой!

Она не могла более терпеть боль, и ее сознание начало потихоньку уплывать куда-то в тихую мглу. Она больше не чувствовала раскаленной розги и не слышала голоса герцога. «Адам!» – вскрикнула она мысленно и почувствовала, что он так же любит ее, как любил раньше.

Ее черные ресницы вздрогнули над бледными щеками, и она наконец сумела открыть глаза. К ее ужасу, над ней нависал герцог с его огромным, длинным членом, приготавливаясь войти в нее.

– Нет! – закричала она, пытаясь оттолкнуть его, но ее руки, хотя она уже и лежала на спине, были по-прежнему привязаны к кровати.

Казалось, он даже не заметил ее сопротивления и простонал от наслаждения, закатав ее рубашку до горла и играя с ее грудями.

– Прекрасные, прекрасные, – пробормотал он, – такие прекрасные маленькие грудки! – Он наклонился и начал сосать их по очереди, затем перекатывать соски между пальцами, слегка пощипывая их, так что она была уже готова закричать. Его рука скользнула по ее животу, поглаживая его, он бормотал что-то о детях, которых она родит ему.