Царица Пальмиры

Он разомкнул ее губы, и его язык стал исследовать бархатистую нежность ее рта, словно что-то искал. Она чего-то хотела, сама не зная, чего именно. Она восхитительно дрожала, когда он в течение некоторого времени сосал ее маленький язычок. Потом придвинулась ближе к нему, и ее груди напряглись.

С нетерпеливым стоном он оттолкнул ее от себя.

– Ты еще так молода, мой цветок! – мягко произнес он.

Это звучало почти как упрек.

– Я неприятна тебе? – спросила она.

Она огорчилась, и он заметил это.

– Идем!

Он взял ее за руку, и они снова отправились гулять по темному саду.

– Нет, ты очень нравишься мне. Я еле сдерживаю себя, так мне хочется любить тебя.

– Тогда давай полюбим друг друга! – простодушно ответила она. – Я еще никогда прежде не была с мужчиной, но и Тамар, и Баб говорили, что то, что происходит между мужчиной и женщиной, вполне естественно. Я не боюсь, мой господин князь!

Он улыбнулся ей в темноте:

– Думаю, ни одна женщина не станет заниматься любовью с мужчиной, которого она не любит, к которому не испытывает чувств.

Это безнравственно, мой цветок. Я никогда не делал этого с женщиной, которая совсем не любила меня. В этот вечер чувственная сторона твоей натуры едва лишь пробудилась, и ты страстно стремишься познать больше. Но ты еще не знаешь меня, Зенобия. Придет время и для плотских радостей, обещаю тебе!

– Ты заставляешь меня чувствовать себя ребенком!

И она надула губки.

– А ты и есть ребенок! – ответил он. – Но наступит ночь, когда мы с тобой будем любить друг друга, и тогда, Зенобия, я сделаю тебя женщиной, полностью осознающей могущество своей страсти.

Она вздохнула:

– Значит, мне придется довольствоваться твоими суждениями, потому что сама я ничего не знаю о таких вещах.

Оденат тихо засмеялся:

– Полагаю, мне следует наслаждаться твоей покорностью. Я подозреваю, что ты редко уступаешь кому-либо.

– Я знаю, что я не такая, как другие женщины, – сказала она, защищаясь. – Если я действительно нужна тебе, мой господин князь, ты должен принять меня такой, какая я есть.

Не знаю, смогу ли я измениться, даже если сама захочу этого.

– Ты мне нужна такая, как есть, несмотря на то что у моего цветка пустыни есть шипы, как я подозреваю. – Он на минуту остановился, повернул ее к себе и снова поцеловал. – Пожалуйста, научись любить меня, Зенобия! Я сгораю от желания любить тебя!

– Любить меня или заниматься со мной любовью? – спросила она.

– И то и другое! – признался он.