Царица Пальмиры

Халдей был самым уважаемым астрологом на Востоке. Он славился не только точностью своих предсказаний, но также и честностью.

Когда старик, пятясь, вышел из комнаты, Забаай взглянул на молодую жену с огромной любовью.

– Как же мне вознаградить тебя, моя любовь, за это изумительное дитя? – спросил он.

– Позволь мне дать ей имя, мой господин! – ответила Ирис.

– Очень хорошо! – согласился он, довольный.

Другая женщина на ее месте попросила бы у него драгоценности. Тамар не смогла сдержать любопытство:

– Как же ты назовешь ее?

– Зенобия, – последовал ответ.

– Зенобия… – размышлял Забаай. – Это хорошее имя!

– А теперь ты должна отдохнуть. – Тамар забрала у Ирис младенца. – Пусть твоя Баб присмотрит за Зенобией, пока ты будешь спать.

Ирис кивнула. Теперь, когда возбуждение, вызванное родами, уже позади, она начинала чувствовать сонливость. Забаай поднялся, наклонившись на мгновение, чтобы поцеловать свою молодую жену, а потом вместе с Тамар вышел из комнаты.

Оставшись в одиночестве, Ирис вздохнула и очень осторожно потянулась, чтобы найти более удобную позу. Как прекрасно ее дитя! Завтра она принесет в жертву ягненка в храме Юпитера, чтобы поблагодарить его за дочь. Ее заинтересовали предсказания халдея, но она не до конца поняла их. Потом, когда ее начал охватывать сон, беспокойство постепенно исчезло. Какое все это имеет значение, раз Зенобия благословенна и находится под покровительством?

– Пусть боги будут благосклонны к тебе на протяжении всей твоей жизни, доченька моя! – нежно прошептала Ирис и заснула.

Часть I. Девочка

Глава 1

– С днем рождения, Зенобия!

Зенобия бат Забаай, которой исполнялось шесть лет, счастливо засмеялась в ответ на поздравление своей семьи. Она была прелестным ребенком – высокая для своего возраста, с длинными непокорными темными волосами, которые ее мать уложила красивыми локонами ради такого торжественного случая, и блестящими серебристо-серыми глазами. Ее незамысловато задрапированная белая туника с поясом из голубого шелкового шнура оттеняла ее светло-золотистую кожу.

Забаай бен Селим подхватил свою единственную дочь на руки и поцеловал.

– Разве ты не хочешь узнать, какие подарки тебе приготовили, моя драгоценность?

Зенобия хихикнула и с озорным выражением взглянула на своего обожаемого отца.

– Конечно, хочу, папа, но мама сказала, что я не должна спрашивать, пока мне их не предложат.

Забаай бен Селим не смог удержаться.