Рабыня страсти

Может быть, если мой опыт с Зейнаб будет удачен, я после нее возьму еще пару учениц…

– А в твоем гареме много наложниц? – поинтересовался Донал Рай.

– У меня вовсе нет гарема, – отвечал Карим. – Я слишком редко бываю дома, а женщины, предоставленные сами себе, впадают в беспокойство и становятся беззащитными перед соблазном… Они постоянно должны ощущать твердую мужскую руку. Вот когда я женюсь, тогда и заведу гарем.

– Возможно, ты прав, – кивнул Донал Рай. – Ты мудр не по летам, Карим-Аль-Малика!

– Разреши Зейнаб и Оме гулять по саду, Донал Рай, – попросил Карим.

 – Мы проведем в море несколько недель кряду, и они будут узницами в каюте корабля. Я не могу предоставить им свободу передвижения по судну: они возбудят похоть в моих матросах, а это опасно.

Донал Рай кивнул, соглашаясь:

– Да, плавание будет тяжелым для девушек. Они привыкли к твердой земле. А путешествие из Стретчклайда в Дублин заняло всего пару дней, к тому же почти всегда земля была в пределах видимости.

– Теперь же им предстоит не видеть земли много дней, – сказал Карим.

Эрда объявила Риган и Морэг, что они снова могут гулять по прелестному садику дома Донала Рая. Визжа от восторга, они понеслись вниз по ступенькам – и вновь принялись гулять на солнышке, нежиться на красивых мраморных скамеечках, болтать о таинственной Аль-Андалус, куда им вскоре предстояло отправиться…

Около полудня в садике появился Аллаэддин-бен-Омар и почтительно объявил Риган:

– Госпожа Зейнаб, Карим-Аль-Малика желает видеть вас.

Он ждет вас наверху. – Чернобородый моряк вежливо поклонился.

Риган поблагодарила его и покинула садик. Аллаэддин-бен-Омар улыбнулся Морэг. Протянув руку, он нежно дернул ее за косичку – девушка хихикнула. Взяв ее за руку, он принялся прогуливаться с ней по садику.

– Ты прелестна, – сказал он.

– А ты лихой ухажер. – Она улыбнулась. – Хоть я и выросла в монастыре, но таких негодяев распознаю сразу.

Он ласково и нежно рассмеялся, и Морэг почувствовала, что сердце ее тает…

– Да, Ома, я и вправду негодяй, но негодяй с добрым сердцем.

А ты уже похитила его, моя прелесть. И знаешь – я не хочу получать его назад…

– У тебя медовые речи, Аллаэддин-бен-Омар, – ответила девушка с влекущей улыбкой, но тут же засмущалась и нагнулась, чтобы понюхать розочку.

Когда она выпрямилась, мужчина стоял прямо перед ней.

– А знаешь ли ты, что твое имя Ома происходит от мужского имени Омар? – Пальцы его коснулись девичьей щечки.

Глаза Морэг расширились.