Рабыня страсти

Она еще не знала, как отомстит Фергюсону и всему этому проклятому роду, – она знала лишь, что непременно сделает это! Этот Макфергюс оказался настолько глуп, что дал ей вполне достаточно времени, чтобы обдумать коварный план. Он оказался настолько самоуверен, что решил, будто все и впрямь улажено! Нет, ничего не улажено, и не будет улажено до тех пор, пока она не отомстит за смерть возлюбленного своего Торкиля и за то, что ее с детьми оставили нищей! Стяг Фергюсонов никогда не взовьется над башнями замка Макдуфф! Да, она позволит им защищать и оберегать себя и младенцев, но в конце концов найдет способ рассчитаться с Элэсдейром Фергюсоном и его кланом… Вдруг она почувствовала приступ слабости и пошатнулась.

– Леди, вам надобно лечь в постель! – Повитуха поспешила ей на помощь. – Вам еще нужно много сил, чтобы выкормить этих прелестных малюток. Думаю, скоро они уже во весь голос объявят, что голодны…

– Я не могу выкармливать обеих, – сказала Сорча. – Найди кого-нибудь для Риган. Пусть она возьмет малютку к себе, и как можно скорее…

Молодая мать в изнеможении растянулась на ложе.

Повитуха неодобрительно поджала губы:

– Не понимаю, почему это вы решили, что не можете выкормить обеих дочек, сударыня? Вы молодая и сильная женщина, и по вашим грудям видно, что они уже полны молока. Поверьте моему опыту, для двоих там более чем достаточно…

– Молоко мое только для Груочь, старая ведьма! – раздраженно отрезала Сорча.

Неодобрительно покачивая головой, повитуха подошла к двум колыбелькам и посмотрела на детишек – они безмятежно спали, не ведая о том, какая судьба им уготована: одной предстояло стать невестой Фергюсона, заклятого врага Макдуффов из клана Бен-Макдуи, а другой – навечно быть заточенной в монастырь, захочет она того или нет… Богатая невеста и монашка… Повитуха мрачно усмехнулась, потом потихонечку выскользнула из комнаты, притворив за собой дверь.

Часть 1

Шотландия

943 год

В небольшом зале замка Бен-Макдуи плавал голубоватый дымок – тяга в трубе была никуда не годная. Сорча Макдуфф сидела в высоком кресле, озирая свое многочисленное потомство. Детишки копошились по всей комнате. Шесть маленьких выродков – и седьмой уже шевелится в ее плодоносном чреве.