Радуга завтрашнего дня

 – Пустила две стрелы, едва меня не задев, не говоря уже о кинжале, которым размахивала. Я посчитал это враждебной выходкой.

– Она могла бы и убить вас, если бы пожелала, – хмыкнул Броуди. – Когда ей было шестнадцать, я видел своими глазами, как она одной стрелой свалила оленя. Прямо в сердце, сэр, прямо в сердце. Кстати, она могла сама найти дорогу в Килликерн.

– Я хочу купить Брей, – без обиняков заявил Патрик.

– Зачем? – Глаза старика вдруг заинтересованно блеснули.

– Он граничит с моими владениями.

– Верно, – согласился Лохленн Броуди.

– Но ты не можешь продать Брей, па, – вмешалась Фланна. – Он мой! Мое приданое! Все, что у меня есть!

– Я дам вам справедливую цену, – как ни в чем не бывало продолжал герцог. – Золото куда ценнее для девушки, чем заброшенные земли. Кроме того, они окружены владениями Гленкирков и бесполезны для всех, кроме меня.

– Сколько? – спросил Лохленн.

– Двести пятьдесят золотых крон.

Старик покачал головой:

– Мало.

– Тогда пятьсот, – предложил герцог.

В зале стало так тихо, что, казалось, слышно было, как муха пролетит.

– Мне нужно не золото, милорд, – наконец вымолвил Броуди. – Во всем мире нет столько денег, чтобы купить у меня Брей.

– Что же тогда вы хотите, сэр? – осведомился герцог. – Если в моих силах дать это вам, я все сделаю, потому что хочу получить Брей.

– Если так, берите в придачу и наследницу. Женитесь на Фланне – и Брей ваш.

– Будь я проклят! – громко охнул Олей Броуди, потрясенный не меньше остальных. Золото было богом отца, и все же старик в самом деле пытается устроить жизнь младшего ребенка.

– Я не желаю выходить ни за кого, а тем более за него! – взвилась Фланна.

– Закрой рот, девочка, – спокойно велел отец. – Я человек нелегкий и, по чести говоря, довольно прижимист, но искренне любил твою мать. Она была радостью моих немолодых лет.

Он обратился к герцогу:

– Итак, ваша светлость, проверим, насколько сильно вам хочется получить Брей. Она не какая-нибудь уродина, хотя немного костлява и угловата. Боюсь, это она унаследовала не от матери, а от меня. Да и нрав у нее свирепый. Не солгу, если скажу, что лучшего воина вам не найти.