Неотразимая герцогиня

Моя сестра всегда была эгоисткой, и нечего смотреть на меня, как на врага, Септимиус, ты сам знаешь, что это правда, даже если отказываешься ее признать.

Она задумчиво пригубила чай из чашки веджвудского фарфора.

– До начала сезона трудно сказать, какие возможности подвернутся и кто именно из подходящих молодых людей решит, что ему необходима жена, но могу ручаться, что необычайная красота и богатство Аллегры привлекут самых завидных женихов. Родовитая знать, разумеется, будет ею пренебрегать, но мы тем не менее сумеем выбрать наидостойнейшего.

Чай великолепен, Септимиус. Кто твой поставщик? Я должна заказать себе такой же.

– Этот чай выращивают на моих собственных плантациях, Олимпия. Я позабочусь о том, чтобы с этого дня ты его получала, – пообещал лорд Морган.

– У тебя плантации в Индии? Я и не знала, – удивилась свояченица, отпивая глоток.

– На Цейлоне. Мои владения весьма разнообразны. Неразумно класть все яйца в одну корзину. Я постарался преподать дочери этот урок.

– Не знаю, к чему столько трудов, – отмахнулась леди Эббот. – Аллегра все равно станет чьей-то женой. От нее всего-навсего потребуется умело вести хозяйство, наставлять слуг на путь праведный, рисовать миленькие акварели, играть на фортепьяно, петь, танцевать и, самое главное, поскорее дать мужу наследника. После этого ей предстоит воспитывать детей в страхе Божьем, прививать им хорошие манеры и чувство гордости тем, что они родились англичанами.

– Аллегра – моя наследница, Олимпия.

Ей следует знать, как управляются мои предприятия, иначе она в один прекрасный день рискует их потерять, – объяснил лорд Морган, но свояченица только покачала головой.

– Септимиус, – раздраженно воскликнула она, – наследство Аллегры перейдет в руки мужа! Тебе хорошо известно, что мы, женщины, плохо разбираемся в делах. Как бы ты ни трясся над своей дочерью, она всего лишь девушка! – Маркиза рассмеялась, но тут же вновь нахмурилась: – Я знаю, как ты тоскуешь по Джеймсу Люсиану, но сына не вернешь.

Аллегра не может его заменить. – Кроткие голубые глаза Олимпии наполнились слезами, и она поспешила положить руку на плечо свояка. – Мой племянник был великим героем, упокой Господь его душу. Героем и истинным джентльменом.

– Не стоит говорить об этом, – резко перебил Олимпию лорд Морган. – Пусть Аллегра всего лишь женщина, но при этом она чрезвычайно умна. Тот, кто станет ее мужем, должен оценить это качество.