Неотразимая герцогиня

– Боже милосердный, Аллегра, что ты несешь?

Аллегра пристально взглянула на отца, который был явно смущен.

– Знаешь, папа, я давно считаю, что ты и тетя друг другу подходите. Она почтенная вдова, а ты пострадавшая сторона в разводе, случившемся много лет назад. Неужели ты действительно хочешь, чтобы она вернулась в свой крохотный пустой домик в Роули и больше не украшала своим присутствием твое жилище? Не стала твоей верной спутницей?

– Ты слишком умна, плутовка, – покачал головой отец. – Должен признаться, что уже подумывал о женитьбе.

Но не считаешь ли ты, что, если я сделаю предложение твоей тете, поползут сплетни?

– Если я что-то и усвоила за этот сезон, папа, так это одно: сплетни поползут в любом случае, даже если ситуация абсолютно невинна. Я, разумеется, никому не скажу о нашем разговоре, но совсем не расстроюсь, если ты в один прекрасный день женишься на тете Олимпии.

– Я счастлив получить твое благословение, – сухо обронил лорд.

Аллегра рассмеялась.

– Пора подумать о том, что именно надеть в «Олмэкс» сегодня вечером, – решила она, поцеловала отца в лоб и, выбежав из комнаты, поднялась наверх к тетке, где уже сидели Сирена и Оки. – Ты довольна, тетя? – осведомилась она, врываясь в комнату. – Сирена подцепила прелестного виконта.

– Аллегра! – вскричала тетка, заливаясь румянцем, ибо племянница ухитрилась прочитать ее мысли. Больше всего ей хотелось поскорее сообщить обо всем Огастесу.

– Вы в самом деле считаете меня прелестным? – усмехнулся виконт Пикфорд.

 – Меня еще ни разу так не называли.

– Я настаиваю на этом определении! И думаю, что вам и моей кузине очень повезло. Счастья вам на долгие годы!

Сирена ударилась в слезы.

– О, если бы только и ты нашла такое же счастье! – всхлипывала она.

– Увы, дорогая кузина, самой богатой девушке в Англии придется довольствоваться высоким титулом. Так что я не ропщу. Истинная любовь, как мы все знаем, так же редка, как алмазы на мостовой.

А вас, Оки, я хотела попросить об одолжении. Вы позволите Руперту Таннеру остановиться у вас? Папа считает, что приютить его здесь означает дать пищу злословию, особенно еще и потому, что он отказал лорду Экерли в моей руке. Руперт – хороший малый, как вы уже наверняка поняли.

– Разумеется, он может пожить у меня, – кивнул виконт.

– Спасибо, «прелестный», – лукаво усмехнулась Аллегра. – А теперь я иду выбирать наряд для сегодняшнего вечера.