Колдунья моя

О нет! Эта девочка будет стоить куда больше, чем простая рабыня. Он будет защищать и хранить ее несколько месяцев, пока они не встретятся с одним хорошим покупателем из Константинополя. Тот отвалит ему за это маленькое сокровище целое состояние.

– Вот девочка. Ее зовут Мэйрин, – сказал Айво. – Ты доволен своей сделкой, Френ? Ты передашь мне серебро для миледи Сен-Ронан?

Френ запустил руку в кожаный кошелек, висевший у него на поясе, без колебаний достал тусклую серебряную монету и вручил ее Айво.

– Прощай, моя маленькая госпожа, – сказал сенешаль.

 – Да хранит тебя Господь и Пресвятая Богоматерь.

– Попрощайся от меня со старой Кателлой, Айво, – сказала Мэйрин.

Сенешаль вытаращил глаза, но кивнул.

– Хорошо.

Френ протянул было руку, чтобы схватить Мэйрин за плечо, но великан предостерегающе проворчал:

– Не касайся моей госпожи своими грязными лапами, торговец!

– Кто этот… – Френ смерил взглядом Дагду с головы до ног, – …этот парень? – беспомощно пробормотал он. Великан был слишком большим и опасным на вид.

Не в силах удержаться, Айво усмехнулся.

– Пускай он сам скажет тебе, кто он такой, мастер Френ. – И, повернувшись, направился обратно к замку.

– Я – Дагда, – произнес ирландец. – Я – охранник этой девочки. Я был рядом с ней с того дня, когда она родилась, а до того охранял ее мать, Мэйр Тир Коннелл, принцессу Ирландии, да упокоит Господь ее душу. Эта девочка родилась в законном браке, но ее мачеха хочет отнять у нее наследство для себя и своего будущего ребенка.

Хотя я вольноотпущенник, но никак не смог помешать ей совершить это злодеяние. Но я не покину мою маленькую госпожу, торговец. Куда она – туда и я.

Френ на мгновение пришел в замешательство. Прежде он никогда не сталкивался на Западе с такими случаями. Чтобы о маленькой девочке заботился мужчина?!

– Ты что, евнух? – спросил он Дагду.

Великан громко рассмеялся.

– Нет, – ответил он. – Все мои богатства при мне.

«Странно», – подумал Френ, но, еще раз окинув взглядом огромного ирландца, понял, что ему снова крупно повезло.

Этот Дагда сам позаботится о девочке и сохранит ее до тех пор, пока они не доберутся до Константинополя и не продадут ее выгодному клиенту. Впрочем, Френ не хотел выказывать своей радости.

– Что ж, можешь идти с нами, великан, – надменно произнес он, – но тебе придется самому зарабатывать себе на пропитание. Ты будешь помогать мне. Милостыню подают священники и богатые лорды, а я – ни тот, ни другой.