Колдунья из Бельмаира

Поцелуи и ласки – лишь небольшая прелюдия, Синния. Ты должна доверять мне. Я занимался любовью со многими женщинами. И им это очень нравилось.

– Я не хочу ничего слышать о твоих женщинах, – сердито сказала Синния.

– Я и не собирался тебе о них ничего рассказывать. А упомянул об этом лишь для того, чтобы ты знала: я все делаю правильно, моя юная королева. Но тебе не кажется, что для невинной девушки ты слишком осведомлена?

– Я много прочитала книг на эту тему, – принялась объяснять она и вдруг вскрикнула: – Ох!

Диллон прикусил ей кончики пальцев.

– Ох! – снова вскрикнула Синния.

Он провел языком по ее шее, поцеловал в губы. Ему нравилось ощущать дрожь вожделения, сотрясающую ее тело. Ее молодое, пробуждающееся тело, покрытое потом, было сладким на вкус.

– Ох!

Диллон спустился ниже и принялся лизать ее груди, живот… Синния дрожала от возбуждения.

– О, это слишком, – не выдержала она.

Он распалял ее все сильнее.

– Это только начало, – пробормотал Диллон.

Положив свою темноволосую голову Синнии на живот, он играл пальцами с ее самыми сокровенными местами. Потом он спустил голову еще ниже. Ее плоть была влажной, мягкой и приятной на вкус. Кончиками пальцев он ласкал ее лоно, покрытое вьющимися черными волосами, аккуратно провел между двух пухлых долек, чтобы они раскрылись и впустили в себя его плоть.

Синния напряглась.

– Все в порядке, – успокоил он ее и продвинул палец в ее уже немного увлажнившееся лоно.

– Ох! – воскликнула Синния, когда палец Диллона проник внутрь ее.

Диллон долго не мог найти ее эрогенную зону, а когда ему это удалось, принялся ласкать это место.

Синния понимала, что так и должно было быть, ведь Диллон ее муж. Он имеет на это право, он все делает правильно, но… Ох! Подушечка пальца Диллона так возбуждала ее! Она никогда еще не испытывала ничего подобного. Странное тепло и непонятное возбуждение разливалось по всему ее телу.

– О, это так приятно, – сказала Синния Диллону в изнеможении, когда наконец смогла говорить. – Неужели так будет всегда?

– Ты можешь попросить меня об этом когда угодно, если захочешь, – сказал он улыбаясь.