Дикарка Жасмин

– Прошу прощения, мой дорогой господин, – сказала Ругайя Бегум, – но я никогда не считала справедливым скрывать от девочки правду.

Он взглянул на нее, и женщина чуть не разрыдалась – такая мука отразилась на его лице. Потом взял ее руки в свои:

– Я отдал тебе на воспитание нашу дочь, моя дорогая жена, и считаю, что ты не можешь поступить с ней дурно. Продолжай свой рассказ, потому что Ясаман не заснет, пока он не будет окончен. Ведь так, маленькая любовь моя?

Ясаман энергично закивала головой.

– Где я остановилась? – вслух спросила Ругайя Бегум, отлично помня, на чем прервала рассказ.

– Маленькая принцесса была зачата и рождена в любви, – подсказала ей Ясаман.

– Ах да, – проговорила она и продолжала: – Когда девочке исполнилось только полгода, с родины Кандры приехал мудрец. Он привез ужасные вести, и Кандра должна была покинуть любимую дочь и правителя Акбара. Она не хотела уезжать, но еще больше не хотела оставлять ребенка. Но Акбар не позволил ей взять девочку с собой, и Кандра передала ее своей подруге Ругайе Бегум.

«Будь матерью моему ребенку», – сказала она Ругайе, которую Аллах не благословил иметь детей от собственной плоти. Та с радостью согласилась, потому что любила свою подругу и полюбила девочку. Кандра покинула владения императора, и с тех пор ее не видел ни он, ни все, кто ее любил.

Известно, что она благополучно прибыла на родину, и каждый год в день рождения Ясаман Камы Бегум правитель Акбар посылает матери Кандры прекрасную жемчужину.

Другая бабушка Ясаман и вся семья таким образом узнают, что ребенок растет и благоденствует.

Глаза Ясаман крепко закрылись, дыхание стало реже, большой палец левой руки медленно пополз ко рту. Взрослые поднялись и вышли из комнаты. Ругайя Бегум провела мужа в маленькую столовую, чтобы он мог с ней поужинать.

– Прости, господин, что еда такая нехитрая, – извинилась женщина, – но ты не предупредил меня о своем приходе.

– Я наслаждаюсь твоей простой едой, – ответил он ей. – В главном дворце трапеза такая пышная каждый день.

Мне готовят по крайней мере пять сотен блюд. И никто из сидящих со мной за столом не может взять ни кусочка, пока их все не подадут мне. Это утомительно.

Ругайя склонила голову, чтобы скрыть улыбку. Акбар был правителем этой обширной земли. Он мог сколько угодно жаловаться на помпезность, окружавшую его в повседневной жизни, но стоило ему по-настоящему захотеть сделать жизнь проще, ему нужно лишь отдать приказ.