Чертовка

Алетта подняла руки, чтобы оттолкнуть его, но вместо этого обвила его шею и еще крепче прижала к себе. «Да что же это со мной?» Господи, она уже почувствовала его орудие! Оно уже проникло в нее! Оно заполнило ее лоно. Рольф двигался с нежной страстью, и она жаждала его. Она хотела его! Она всхлипывала от желания, ногти ее впились в его широкие мускулистые плечи. Рольф двигался все быстрее и быстрее. Тело Алетты неистово отвечало ему, двигаясь навстречу его толчкам. И это было восхитительно!

Губы его прижались к ее рту, заглушая крики наслаждения.

«Никогда, – подумал Рольф, – никогда прежде я не испытывал ничего подобного». Пальцы Алетты сжимали его плечи, ногти вонзались в спину. Напряжение в нем росло, и вот он уже был не в силах сдержаться. Его страсть изверглась в ее прелестное тело, его любовные соки переполнили ее лоно. Они лежали, тяжело дыша после этого огненного всплеска. А потом, сжав друг друга в объятиях, оба зарыдали.

– Выходи за меня замуж! – взмолился Рольф. – Неужели ты не веришь, что я люблю тебя, буду заботиться о тебе и никогда не обижу? Выходи за меня!

– Нет, – тихо ответила Алетта.

Рольф разочарованно выругался.

– Но почему?

– Я уже говорила тебе, – прошептала Алетта, – что никогда не позволю мужчине владеть мной. Но я буду твоей любовницей: ведь ты показал мне, как может быть сладка страсть между мужчиной и женщиной.

– В конце концов я тебя просто убью! – простонал Рольф.

Алетта рассмеялась.

– Нет, – возразила она, поднимаясь с постели.

 – Ты можешь убить меня только наслаждением, милый мой Рольф де Брияр.

– Куда ты идешь? – спросил он, увидев, что Алетта надела рубашку и направилась к двери.

– В свою спальню, – ответила она. – Если служанки проснутся и увидят, что меня нет, они поднимут страшный крик. Едва ли стоит допускать, чтобы они обнаружили меня в твоей постели, верно? Никто от меня не ожидает чего-либо в этом духе.

– А тебе это нравится! – обвиняюще воскликнул Рольф, и Алетта снова рассмеялась.

– Спокойной ночи, милорд, – сказала она, и в ее душе звучала песнь о счастье.

Она никогда не испытывала такого светлого чувства, за исключением разве что того дня, когда родилась Белли.

– Останься, – взмолился Рольф. – Твоя Ида не проснется, любимая! Она храпит так, что в зале стены трясутся. Она крепко уснула.

– Но не Агнесса, – возразила Алетта. Открыв дверь, она тихонько проскользнула в нее и исчезла.

– Черт бы побрал эту Агнессу, – пробормотал Рольф.